Кесарь. Перо и хребет

Вдруг, стоило алому диску коснуться горизонта, он почувствовал отклик. Сила некроса взывала к погубленной жизни. Магия в жертвенной крови манила тварь. В сумерках та решила наконец выбраться на поверхность.

– Х-р… – булькнуло в ране на шее у мертвеца, и он дернулся.

Семецкий взмахнул рукой, привлекая внимание пиромантов. Архимаг так же молча сделал знак, и с рук огненных магов одновременно сорвались тонкие светящиеся нити. Они образовали ловчую сеть, на перекрестьях которой пульсировали маленькие шаровые молнии.

Стандартная процедура по усмирению нечисти. Однако процесс требовал от всех его участников невероятной сосредоточенности. Если хоть один такой «шарик» сорвется раньше времени, то тварь испугается и сбежит.

Кровь впиталась в землю, словно ее поглощала гигантская губка. Взамен возникала чернота. Трава истлела в тех местах, где навь появлялась на поверхности. Она стекалась к лежащей ничком жертве. Рана у нее на горле зарастала. Глаза тоже. Осталась только безгубая пасть, полная зубов, и две дырочки на месте носа.

Труп снова шевельнулся.

– Скол!*** Форсиндег!****

Ешь, пей, веселись. Если успеешь.

Даниил опять невольно поморщился. То ли толковых учителей по мастерству Смерти совсем не осталось, пока он «спал», то ли всех неудачников после учебы ссылали в правоохранительные органы. Раньше было наоборот. Лишь самые способные могли удостоиться чести служить.

Штатный некромант снова ошибся в формуле контроля. Он предложил добровольный дар, как при обычном жертвоприношении.

И смысл вложил тот же самый. Это ощущалось.

– Что? – почуял его беспокойство Даня.

– Ничего. Смотри!

Даниил Волков встал и подошел ближе, встав у самой ограды. В случае чего прикроет брата. Да и видно отсюда лучше.

Темнота полностью втянулась в тело жертвы. Семецкий проверил это, снова запустив руку в землю. Ничего. Пусто. Ловушка сработала. Он повернулся к архимагу и кивнул. Тот понял.

Позвоночник покойника изогнулся дугой. Из горба полезли острые, блестящие, как черный обсидиан, шипы.

Остистые отростки тоже разрослись и вспороли кожу. Тело словно увеличилось. Тугие мышцы, распирая тело вширь и ввысь, разорвали одежду на части. Ноги укоротились, как у животного. Корпус, напротив, неестественно удлинился.

– Гр-р…

Под лохмотьями виднелось глянцево-черное, покрытое броней тело твари. Она осторожно поднялась, встала на четвереньки, задрала плоскую морду к небу и конвульсивно заскребла землю острыми, как ножи, когтями.