Кесарь. Перо и хребет

Крик растет внутри, но не может вырваться из горла. Все было как в страшном сне.

– Леопольд, – выдавила она.

Череп, обтянутый плешивой кожей, с присохшими к глазницам медными монетками и пучками спутанных волос на макешке… Сгнивший саван… Раскрытый рот с почерневшими зубами и высохшим языком… Нательный оберег! Только это позволило опознать в мертвяке покойного мужа.

Он отодвинулся. Разложение давно затронуло горло. Издавая невнятный сип, мертвяк встряхнул вдову Радзивилл.

– Леопольд… – вдруг заплакала она. – Леопольд, прости.

Он отпустил ее и сел рядом на корточки, не пытаясь напасть снова. Женщина отодвинулась, стянула платок с головы, разлохматила волосы и закачалась на месте, как скаженная:

– Милый мо-ой! На кого ты меня покину-ул!!!

***

Даниил уже заготовил плетение для мертвяка, но тут бабка Радзивилл снова его удивила. Она начала поминальный плач. Обычно так делают на похоронах, чтобы покойник понял, как его любят и скорбят, и не желал живым зла.

Леопольд Гундель, вернее, то, что от него осталось – не слишком опасное умертвие, однако он легко мог убить женщину.

Быстрее, чем некромант вмешается. Теперь, слушая завывания своей вдовы, мертвяк успокоился. Он даже пытался подвывать в ответ, как собака, услыхавшая заунывную музыку.

– Родненький мо-ой! Хороши-ий!!! – подобно кликуше завывала ведьма. – Как же мы без тебя-я-а?!

Пока она отвлекала покойника, некромант закончил волшбу, поймав пару лунных лучиков. В этот раз он решил не звать навь. Хватит этой ночью запретных практик.

Удавка получилась что надо!

Даниил скользнул к покойнику.

Тот до последнего не замечал юношу. Только когда тот подошел вплотную и сзади накинул плетение на шею мертвецу, тот зарычал и стал вырываться.

– Бегите!

Полина Эдуардовна сорвалась с места и опрометью кинулась к кладбищенским воротам, чтобы позвать на помощь. Сердце сбивалось с ритма и рвалось из груди, в груди горело. Дыхание срывалось. В боку закололо от перенапряжения. Перед глазами закачались разноцветные круги.

Женщина выскочила на лужайку.

Маги чуть не расстреляли ее файерболами, но Димитрий махнул рукой: свои!

– Что случилось?

– Там! Мертвец…

***

Покойник бился в силках.

Даниил подумал, что дело сделано, и приготовился прочитать отходную молитву. Этот покойник не был воплощенным злом. Просто проснулся тот, кому полагалось спать. Не каждый мертвец – это зло.

Маг начал нараспев декламировать, и тут вмешался малец.

– Это что, дедушка? – спросил Даня.

– Что? – прервался на миг некромант.