Кесарь. Перо и хребет

Переселенцы недавно обустроились в новом мире, и энергии поклонения пока не хватало.

— Хм… Может, твоя мать может что-нибудь сделать?

Муж усмехнулся, но не стал говорить Охотнице, что это не лучшее решение. Свекровь всегда славилась необычным, радикальным решением проблем.

***

Босая оборванка лет сорока с распущенными волосами и в полотняном рубище шла по дороге. Никто не обратил внимания, когда она вдруг появилась на обочине около поселения Западного Предела.

Крестьяне очищали поля от камней и корчевали пни, расширяя делянки.

ГОРОД на горизонте искажал пространство. Шпили дворца и крепостная стена виднелись вдали. Их было видно отовсюду, из любой точки государства, из любого мелкого селения. Но только маги и Высшие могли попасть из одной точки в другую за считанные минуты. Фейри — тайными тропами, маги — телепортами, а Высшие вампиры — превращаясь в нетопырей и пересекая грань.

ГОРОД связывал всё и вся, опутывая весь мир своими нитями.

ГОРОД был сосредоточием мира, собирая магию.

Все дороги вели в ГОРОД.

Белая Богиня, не связанная никакими физическими ограничениями, просто сделала шаг и оказалась на самой окраине ГОРОДА. Она с интересом осмотрелась. Рядом сновали торговцы с тележками, ехали повозки, груженые товарами, гарцевали на лошадях наемники и катили примитивные самодвижущиеся повозки, обдавая дымом прохожих. Всех как магнитом притягивали крепостные ворота.

Мимо пронеслись верховые, вероятно, охрана какого-то высокопоставленного лица.

— Прочь! Разойтись!!! — хлестнула плеть. — Едет советник!!! Разойтись!!!

Кончик семихвостки скользнул по спине идущего смерда, и тот вскрикнул. Повозки начали сворачивать на обочину. Люди отступали, освобождая путь.

Богиня смотрела.

Вдруг она ощутила боль — то, что обычно испытывают только смертные. Созданное ею тело было слишком совершенно, и боль — самой настоящей, как и кровь, текущая по рассеченному лицу.

— Ну и ну! — восхитилась Белая Богиня, слизнув каплю, стекающую по губам.

Это было поистине прекрасное, интересное переживание. Разумеется, она тут же исцелилась. Уродливая рана закрылась, и женщина стерла засохшую кровь с лица.

Однако ей не понравилось, что ее оскорбили, пусть и не зная, кто она такая на самом деле. Богиня сделала шаг в сторону, отойдя к обочине. Охранники полетели дальше, разгоняя людей.

По дороге промчалась черная, богато изукрашенная карета.