Светлая тьма. Студиозус

Рядом с ним стояли и другие преподаватели, которые будут обучать новичков. С ними нам ещё предстоит познакомиться.

— Браво! — воскликнул Пётр Аркадьевич, когда все, кто танцевал на открытии бала, оказались рядом с ним и повернулись лицом ко всем остальным. — Объявляю четыреста сороковой бал в честь нового учебного года, открытым. А теперь музыку!

Сразу заиграла весёлая мелодия, и уже готовые пары пустились танцевать. Бал был спланирован, и никаких случайностей на нём не могло быть. Как сказала Василиса, всё и в этот раз пройдёт идеально.

Уму непостижимо, как удаётся Годуновым проворачивать это уже в четыреста сороковой раз.

— Что же вы не идёте танцевать, вместе с остальными? Неужели уже устали? — спросил у нас ректор. Хотя танец только начался и больше половины присутствующих ещё не вступили в него.

— Просто решили пропустить второй танец. Ты же знаешь, что я не очень люблю Вальс. — скривила нос Василиса, чем вызвала улыбку у деда.

— А я думал, что это всё из-за обуви Давида Григорьева, она же на два размера меньше, чем у Виктора.

Это ваше дело и я не собираюсь в него лезть. — сказал ректор, когда мы с Василисой одновременно собрались говорить.Правда, понятия не имею, что хотела сказать она, я же хотел просто согласиться. Действительно, танцевать в таком состоянии — ещё то испытание.

— Но помочь могу. Перед началом танца-открытия я отправил слугу в твой номер Виктор, он уже должен вернуться с нормальной обувью. Поспеши, и ты как раз успеешь к следующему танцу. Слуга будет ждать за той дверью.

— ректор указал на дверь левее нас и исчез, уже начав разговаривать с другими ребятами, что также ещё не начали танцевать.

— Чего встал? Пойдём, переобуваться. Хоть танцевать нормально начнёшь. А то, действительно мне все ноги оттопчешь. — заявила Василиса и вновь потащила меня за собой.

Пришлось делать над собой усилие и перехватывать инициативу. В нашей паре главным буду я, и никак иначе!

Оказавшись за нужной дверью, я с облегчением разулся и выпрямил пальцы.

Слуга, действительно уже ждал и вручил мне новую пару обуви, что я привёз с собой. Какое блаженство надеть обувь по размеру. А вот получать дверью по спине мне совершенно не понравилось.

— Опять вы?! — раздался полный отчаяния вопль.

И принадлежал он, обезвреженному нами шутнику. Главе студенческого совета — Михаилу Алексеевичу Давыдову, собственной персоной. Под руку с какой-то рыжеволосой девушкой.

— Опять ты? — также ответил я.

Только кричать не стал.