Откровения Жрицы. Отпустите меня в мой сон.

- Что я сделал не так? – осторожный, а главное весьма проницательный вопрос.

- Мне действительно нужно в институт, а у тебя работы много.

- Я приду за тобой через два часа, - настаивал на своём. 

- Ты меня слышишь?– начинаю злиться. - Я ухожу на учёбу.

- Два часа. И пеняй на себя, если я не застану тебя дома у Вальгарда. - Орвэль подошёл ко мне, поцеловал в макушку. – Я предупредил, - прозвучало вроде и нежно, но со скрытой угрозой.

Окончательно разозлившись на мужской инопланетный эгоизм, моментально открыла портал и исчезла из того мира.

Да что он о себе возомнил!? То не нужна, то сам не разобрался в собственных чувствах, то скучаю. От досады даже ногой топнула.

Времени у меня было в обрез, поэтому сборы в институт проходили с максимальной скоростью. Да, я не собиралась сидеть и ждать его послушной собачкой. Месяц назад такое еще бы и сработало, а сейчас нет. Моя гордость неуверенно вылезла из своего кокона с баннером «делаю, что хочу», и с таким бунтарским настроем шагнула в портал…

На лекцию, проходившую в большой аудитории, где помещался весь наш поток, прибыла с небольшим опозданием.

На мою удачу сам преподаватель тоже не спешил, а потому успела усесться за последний стол, достать все письменные принадлежности и начать телефонную переписку с институтской подругой, которая в очередной раз писала о моём странном поведении и грозилась устроить допрос.

Она находилась где-то в середине аудитории, пробегая мимо неё, успела заметить гневный взгляд. Так, общежитие по возможности обходим стороной, а то устроит мне «темную».

Галдеж резко прекратился. Подняв голову, увидела зашедшего за трибуну преподавателя. Извинившись за опоздание, начал читать лекцию. Говорил он в микрофон, а колонки висели на стене позади меня, поэтому записывать прекрасно успевала, не переспрашивая. Здесь даже сидеть было намного лучше, чем в середине или спереди, где отвлекаешься на неоднократные перешептывания студентов.

Раздался дружный женский «ах», преподаватель замолчал, а ребята вполголоса задались вопросом о внезапном присутствии некоей личности.

Пришлось поднять голову. И пожалеть о своём бунтарском решении – сбежать из дома.

Кирилл Александрович (странно, но в нашем мире я именно так и воспринимала его – следовать из следственного комитета, наш куратор и моя тайная любовь) подошёл к преподавателю, прикрывшему ладонью микрофон, и что-то говорил на ухо. После чего тот согласно кивнул. Следователь взглядом начал исследовать аудиторию, явно ища меня.