Сказки старых переулков

Дети смотрели в изумлении: зелёная мягкая кепка с широким козырьком упиралась в переплетающиеся наверху ветви, из-под оранжевого светоотражающего жилета с логотипом коммунальных служб виднелся ещё один – тёплый, из чёрной овечьей шкурки. В руках великан держал огромные садовые ножницы, которыми аккуратно выравнивал изгородь; несколько листков прилипло на рукава его свитера, а один даже запутался в рыже-серой встопорщенной бороде. Прекратив стрижку, он повернулся к замершим на дорожке брату с сестрой.

Над носом-картофелиной внимательно смотрели на ребят тёмные глаза, от которых разбегались лучики улыбчивых морщин.

– Ну, куда же вы так торопитесь! Вон и няня вас чуть не потеряла! – пробасил он, показывая на торопливо догонявшую детей Лену. – Простите, – обратился он уже к ней, – но северные ворота сегодня закрыты, мы их только утром покрасили. Придётся вам возвращаться снова через южные.

– Ничего страшного, – улыбнулась девушка, беря за руки своих подопечных.

– Мы прогулок не боимся, правда? – дети кивнули. Лена посмотрела на великана: – Они и вовсе предлагали сегодня пойти пешком до самой набережной, представляете?

Все трое отправились по аллее в обратную сторону, но девочка, то и дело оглядывавшаяся назад, вдруг забормотала, дёргая брата за рукав:

– Смотли! Смотли!

Мальчик обернулся. Великан продолжал подстригать живую изгородь, а позади него на дорожке, внимательно наблюдая за работой, сидел большой чёрно-белый кот.

История четырнадцатая. «Путешествие одного дракона»

Солнце только готовилось подняться из-за моря, и воздух, днём наполнявшийся густыми пряными запахами соли и сосен, был прозрачным и по-утреннему свежим. Десяток бамбуковых подставок, развёрнутых к восходящему светилу, выстроились у самого края крутого обрыва, и совсем молодой мастер медленно шёл вдоль них.

Задумчиво цокая языком, он придирчиво осматривал свежие бумажные листы, с вечера развешанные для просушки. В доме за его спиной было тихо и сумрачно – и домочадцы, и подмастерья ещё спали.

Остановившись у одной из крайних подставок, мастер особенно долго всматривался в ряд листов. Новый, и самый младший из помощников, трудился старательно, но инструмент ему достался уже изрядно поношенный, и это сказывалось на работе.