Возрождение Орсона

Его надо проведать.

– Есть основания для беспокойства? – спросил стюард.

– Он проиграл крупную сумму… я опасаюсь, как бы он не наложил на себя руки. Нервы-то у него слабоваты, может натворить дел. У вас есть ключи от пассажирских кают?

– Конечно. Следуйте за мной, молодой синьор.

Когда Роберто не ответил на настойчивый стук в дверь, стюард достал связку ключей и открыл каюту.

Внутри ничего не поменялось. Аристократ обнимал стол, вокруг витал запах алкоголя и табака. Стюард вошел и проверил у Роберто пульс.

Нахмурился, но, различив биение, просиял.

– Синьор мертвецки пьян. Думаю, беспокоиться за него излишне.

– У синьора Орканьи впереди ответственный день, ему надо проспаться, – сказал я. – Могу я попросить вас разбудить его в самую последнюю очередь, когда все пассажиры уже сойдут?

– Будет сделано. Я оставлю бортпроводнику записку.

Из небольшого ящичка на стене коридора стюард извлек картонную карточку с крючком, на которой что-то написал и повесил на ручку двери.

План сработал еще более гладко, чем я себе представлял.

Верно было и то, что я приобрел себе врага. Причем в лице не одного лишь незадачливого Роберто, но и всей его фамилии. Став лордом Хаоса и Тьмы, я на таких типов вовсе не обращал внимания, используя их в своих интересах как разменную монету. Если же они служили моим врагам, то приказывал давить их без раздумий. Велик был соблазн действительно выбросить Роберто в окно, все-таки он позволил себе прямую угрозу и грамотно нашел точку давления.

Он даже перестарался, не подозревая, насколько важно для меня поступить в академию, чтобы пройти путем силы в этом мире. Пожалуй, я смог бы убедить всех в том, что он сам выбросился из окна из-за позора и долгов, однако я и так привлек к себе слишком много внимания.

Дирижабль прибыл во Флоренцию в сгустившихся сумерках.

Глава 6

Наблюдая за россыпью городских огней, я отметил, что у Флоренции нет оборонительной стены. Может быть, когда-то она и была, но теперь город так разросся, что окружить его укреплениями было немыслимо.

Вечерняя дымка впитала свет тысяч фонарей и окон, которые поднимались так высоко, что сначала я подумал, что город стоит на горе, однако, приглядевшись, я различил в сумраке контуры высоких башен. Здания вздымались в центре и каскадом расходились в стороны, превращаясь в приземистые кварталы предместий и отдаленные районы. Вглядываясь в горизонт, я приметил огни дозорных башен.