Возрождение Орсона

Андреа отпер дверь и торжественно вложил мне в ладонь ключ.

Комната оказалась ненамного больше той, что была в доме Орсино, зато с огромным окном со шпросами. Имелись все бытовые удобства, так что необходимость в гостиничном номере отпала. У окна стоял цветочный горшок с торчащей из него корявой веткой высотой до пояса. Я выразительно посмотрел на Андреа.

– Забыл кто-то из предыдущих жильцов, – сказал он. – Если не нравится, то скажи горничной во время уборки, она выкинет.

Когда куратор ушел, я осторожно погладил тонкую кору.

Лордом Цветов я стал в последнюю очередь, но третья сила не была для меня последней по значимости. Внутри растения я почувствовал остаток жизни, напоминающий маленький уголек, что пережил дождь под плотным покровом пепла.

– Это не конец, – сказал я кустарнику. – Все только начинается.

Остаток дня ушел на то, чтобы перевезти свои немногочисленные вещи в кампус. Когда я в очередной раз поднимался в свою комнату, меня поджидал там гость.

– Новенький, что ли? – сказал парень, сидевший на тумбочке. На коленях у него лежала моя гитара.

Глава 8

Возможно, здесь так принято – зайти в комнату и брать чужие вещи, возможно, парень наглеет и пробует новенького студента на зуб, возможно, он заявился ко мне вообще без всякой задней мысли, увидел гитару и взял посмотреть. Все это не имело значения, потому что такое поведение само по себе требовало соответствующей реакции.

Не произнося ни слова, я хлесткой оплеухой согнал незваного гостя с тумбочки.

Гитару я предусмотрительно выхватил и бросил на кровать. Парень по инерции пробежал несколько шагов и обернулся ошарашенный.

– Охренел?! – воскликнул он.

– Не припомню, чтобы я тебя приглашал.

– Да кто ты такой? – спросил парень, прищурившись.

Значит, он все-таки наглел, а теперь засомневался, можно ли было так себя вести. Жаль, что пока я не могу представляться своим настоящим именем и титулом, да и не поймет здесь никто, что значит быть лордом трех сил.

– Я лорд этой комнаты, – сказал я, усмехнувшись. – Для тебя этого более чем достаточно.

– Да ты нищеброд общажный, вот ты кто! – сказал он, на всякий случай отступая на шаг к двери. – Я этого так не оставлю! Знаешь, на кого ты руку поднял?!

Он набрал в грудь воздуха, чтобы поразить меня величием своей фамилии, но моя реплика испортила весь эффект:

– Мне плевать.

С минуту он смотрел на меня и тяжело сопел.