Возрождение Орсона

Я с такими знаешь, что делал?

– В смысле? – отпрянул Лев. – Когда это ты успел?

– Не важно, проехали. У меня есть причины позвать Марко. Так у меня появится муза, и я стану сильней, а значит, и наша боевая звезда. Такой ответ устроит?

– Музу, говоришь, – задумчиво проговорил Чохов. – А кто она?

– Секрет, – сказал я уклончиво, не желая выслушивать аханья и оханья от очередного собеседника.

– Ты ручаешься за Марко?

– Если он станет выделываться, то я сам дам ему в рыло. Впрочем, то же будет и с тем, кто станет его провоцировать.

– Агрессивный ты какой-то сегодня, – сказал Лев.

– Стихия Огня, что ты хотел.

– То, что стихии влияют на демиурга, это миф. Кстати о стихиях. На следующей неделе академия проводит отборочный конкурс среди студентов. Это наш шанс. Сможешь проявить себя?

– Жду не дождусь.

– А Марко?

– Сам у него спросишь, сегодня же приведу его в "Амброзию".

– На твоем месте я бы не был так уверен. Ты забыл, какой он гнида?

– Кстати, где его искать? После занятий он сразу уезжает, а в общагу он больше не заглядывает.

– Откуда я знаю? Это твой приятель, не мой.

– Теперь твой тоже, – усмехнулся я.

– Идите вы оба.

– И это я агрессивный?

***

Марко нашел меня сам.

Вся эта история с фамилией Ванджели напомнила мне о том, что давно пора заменить кристалл на гитаре моего деда. Да, я уже достаточно вжился в роль Орсино, чтобы даже в мыслях называл Сандро Аккольти собственным дедом. Почему бы и нет? Я заполучил тело Орсино, и отношусь к нему как к родному, следовательно, и идущие в комплекте родственники стали моими.

Я нашел ближайший к академии салон, где работают с кристаллами Ванджели. У рода Ванджели был патент на изготовление этих кристаллов, и он был монополистом. Собственно, это и сделало фамилию Ванджели богатейшей в Европе.

Клерк в салоне осмотрел гитару, проверил ее на эфирном резонаторе и извлек осколки кристалла. Случай оказался действительно гарантийным, как и говорил Франческо. Не прошло и пяти минут, как мне заменили кристалл.

С отремонтированным инструментом за спиной я возвращался в академию. Я срезал дорогу через безлюдный пустырь, когда дорогу мне преградили трое взрослых мужчин подозрительной наружности. Даже в теплую солнечную погоду они были одеты в длинные темные плащи и носили черные цилиндры. Видимо, это должно выглядеть угрожающе.