Дикша

У меня уже практически выветрились воспоминания о моём первом использовании йо-йо, передвижение по городу благодаря леске стало чем-то простым и естественным. Наверное, с машинами так же: сначала ты боишься коснуться руля и мысленно визжишь каждый метр дороги, а потом настолько привыкаешь, что уже просто не обращаешь внимания на всякие мелочи вроде страха разбиться.

Я приземлилась на ближайшей крыше, осторожно придерживая Барбо.

— Ты как, нормально?

— Я… это было головокружительно!..

— Главное, если тебя будет головокружить, то делай это в сторонку, пожалуйста.

— А?.. нет-нет, меня не тошнит. Мы будем здесь разговаривать?..

Я открыла карту на йо-йо и проверила локацию по камерам общественного порядка. Да, люблю магию… наверное, я и к камерам Пентагона могла бы присоединиться, будь у меня такое желание.

Зачем мне камеры Пентагона?.. ну, это же чисто анекдотическая ситуация. Про русских хакеров и американское правительство, да.

— Если хочешь, можно тут, — вздохнула я. — На самом деле, я хотела отвести тебя в парк неподалёку, но, кажется, мои фанаты тоже там будут.

Считай, что мы окружены. А далеко тебя уносить я не хочу.

— Почему?

Я пафосно захлопнула йо-йо, как телефон-раскладушку.

— Во-первых, я не киднаппер. Во-вторых, не все хорошо переносят полёты на йо-йо, так что я беспокоюсь о твоём здоровье. В-третьих, уносить кого-то из места, где ты человека подобрал, я считаю дурным тоном.

— А последнее почему?

— У меня топографический кретинизм, — легко призналась я в собственном несовершенстве.

— Так что, если бы меня кто-нибудь так унёс, то я бы добиралась до дома на оленях. Или на орлах. Короче, долго и с трудом.

Барбо расхохотался.

— Я тебя по-другому представлял, — признался он, когда немного успокоился. — Более…

— Более пафосную, а? Точно должен был представлять меня пафоснее.

— Не такой говорливой, наверное, — усмехнулся мужчина. — И более серьёзной. Во время боёв разговаривает обычно именно твой напарник… В принципе, мы можем поговорить и здесь, я не против.

Хотя есть предложение получше.

— Это какое же?

Он ткнул пальцем в видневшееся вдалеке светло-серо-зелёное здание, выделяющееся на фоне построек старого Парижа своей простотой и отсутствием всякой лепнины.

— Там, — сказал Барбо, — моя мастерская. Мне кажется, там нам будет говорить удобнее, чем на крыше. И там есть кофемашина!

Я хмыкнула.

— Нет-нет, быстрый парень. Ты меня извини, конечно, но я на первом свидании не хожу к кавалерам домой.