Книга первая. "Рождение".

Она ждет тебя с ужином и рассказами, как прошел день и какие гады руководители, а она самый главный молодец на работе. Ты ее слушаешь, киваешь, иногда поддакиваешь и задаешь вопросы, потому что тебе важно понимать свою жену. Правда, чаще не понимаешь, о чем она, все-таки бухгалтерия - это страшная и тайная наука. Примерно как алхимия.

О чем это я опять?

О покое, тишине и уюте. Однако сейчас нам это не светит и вообще нескоро посветит, я бы даже сказал, может и так засветить, что мало не покажется.

***

Никита ушел почти незаметно.

Когда я только поворачивался к Оле спросить, как она себя чувствует, краем глаза заметил движение и, среагировав на него, обернулся, этот недоэльф уже исчез. Шайтан, однако.

Ну и черт с ним, скоро услышим, как он с этими уродами разбирается, ну или не услышим, если они далеко.

Вопрос жене я все-таки задал, она ответила, задумавшись на секунду и как будто прислушиваясь к своему организму:

Ты знаешь, ничего не болит, и вообще я хорошо себя чувствую, готова марафон пробежать.

Не думаю, что была попытка обмана с его стороны. Он же понимает, что ты поймаешь его на вранье, когда твой организм быстро восстановится. В то же время я не до конца ему доверяю. Он нам помогает, конечно, причем, как родным. Но уж слишком это подозрительно. Хотя, должен признаться, я принял решение пользоваться его помощью, пока он сам не устанет. А у нас, как ты помнишь, нет друзей и родственников, кто мог бы оказать такую же услугу.

Ну и на всякий случай теперь я держу летучий отряд рядом, они прикроют, если что, и от него, и от его зверей.

Ты ж моя предусмотрительная. Вот я точно не зря на тебе женился. Все говорили: «Не надо! Не пара она тебе. Получше найдешь!», а я всегда в тебя верил. Кстати, а нет у тебя таких орлов, чтобы отнесли нас куда-нибудь подальше, по – быстрому?

Киношек пересмотрел? Ну тогда ты должен помнить, что такое такси вызывают только в конце пути, когда уже все сделали сами, – ответила жена на мою шутку, улыбаясь во все тридцать два зуба.

А потом до нее дошло то, что я говорил перед вопросом про пернатое такси. Лицо мигом стало красным, нет, даже бордовым. Глаза заблестели, а улыбка сменилась оскалом. Если бы она сейчас зарычала, как зверь, я бы, наверное, не удивился.

Шутка, видимо, не зашла. Вроде моя публика, и раньше без оваций я не уходил со сцены, а тут вон какая реакция. Наверное, стресс и комплексы.