Хозяин Зелёного театра

Мужчина, которого они заметили в свете молнии, только-только разогнулся, облегченно откидываясь на спинку сидения.

- Ни с места!

Богдан вскинул пистолет, целясь в голову.

- Руки держи на виду.

Может стоило обойтись без этого? – мелькнула в голове Инги мысль и тут же пропала. Сидевший перед ними мужчина со шрамом на щеке действительно был Щуром Семёном Григорьевичем, киллером экстракласса, вляпавшимся в паскудное дело Громова.

- Тише начальник, - мужчина в дождевике вскинул руки перед собой – Богдан дёрнулся, но смог удержать дрогнувший палец.

- Вставай, Щур, руки вперёд. Едешь с нами.

- За что?

- Сам знаешь, - Виталий Андреевич кивнул Инге, указывая на руки Щура.

- Вообще не в теме. Решил воздухом подышать, на природу полюбоваться. Тут, на тебе, гроза, молнии, менты. Точно говорят – место тут нехорошее.

Говоривший поднялся на ноги, Богдан заметил на его лице насмешливую улыбку.

- Руки, Щур. Я не шучу. Права зачитывать не стану – пущу тебе пулю в грудь.

Человек со шрамом поднял лицо к небу. На лоб, на щёки, упали первые холодные капли. Он подождал пока дождь припустит сильнее, потом опустил голову и поднял капюшон. После этого он вытянул руки в сторону Сажи, успевшей достать наручники.

- Пули вредны для здоровья, - спокойно сказал хозяин зелёного театра в облике Щура. – Мне железа в организме хватает, ко всему прочему – дождь начинается. Я хоть и в подходящем плаще, а мокнуть здесь не хочу. Да, кстати, можем без этих браслетов поехать.

Богдан отрицательно покачал головой.

- Извиниться я всегда успею, - мужчина сделал хватательное движение, давая напряженным пальцам секунду отдыха.

Человек со шрамом пожал плечами – как хочешь, мол.

- Только, милочка, - обратился он к Инге, - помни, что я сказал – у меня железо в норме. Добавочное может лишним оказаться.

Сажа скривила губы, защелкивая наручники на запястьях Щура.

- Появиться возможность – я стяжками воспользуюсь, - пообещала она, испытывая непонятную тревогу.

Щур повернул голову в сторону Богдана, в задумчивости приподнял подбородок.

- Как считаешь, начальник, ей уже пора бежать за стяжками?

Мужчина тряхнул руками и браслеты плавно, словно сквозь густой кисель, скользнули вниз. Раздался металлический звон, а Щур развел руки в стороны.

- Щур, ты нарываешься.

Мужчина в дождевике ощерился в недобром оскале, шрам на щеке растянулся, побелев.

- Остынь, начальник, - произнёс хозяин. – Вон и дождик, как раз в тему.