Господин Вечности

Не поручусь, я не прислушивался.

Мне сложно воспринимать её как женщину, тем более как леди. Так, особь женского пола. Самка человеческого вида.

— Теперь всё будет хорошо, — пообещал тёмному мой папа, ободряюще сжав ладонью его плечо.

Райн поднял на нас потерянный, пустой, тоскливый взгляд. Обречённо кивнул. Через минуту распрямил плечи и более уверенно зашагал вперёд. Даже извинился за то, что нам всё это пришлось увидеть. На что мы с папой ответили нецензурно, послав его с такими извинениями в далёкие и светлые края.

В тот же день оформили ему банковскую карту, пока что на старую фамилию и настойчиво попросили не стесняться в необходимых тратах. Но при этом не делать необдуманного. И пусть не расслабляется, потому что это не халява, а в счёт будущих заслуг перед империей, это раз, и вообще, наставник обязан обеспечивать своего подопечного — это два. Судя по виду тёмного в тот момент — мать не раз упрекала его в том, что вынуждена тратить на «этого ублюдка» свои деньги, и он ей теперь за это должен до конца своих дней.

И, видимо, свою зарплату в СТО он ей тоже отдавал регулярно. Хороший механик неплохо зарабатывает, но по виду Рейдера этого не скажешь.

— С ним ещё работать и работать, — вздохнул отец, пока Райн не слышал. — Психика в хлам изломана…

— Справимся, — ответил я. — У нас нет другого варианта.

Вечером, когда мы ужинали, разобравшись со всеми делами и выбрав новому жильцу комнату на верхнем этаже, Райн отодвинул недоеденный десерт и тихо спросил, не поднимая глаз:

— Вы теперь меня не отпустите, да?

— Пока не повзрослеешь, — ответил я, переглянувшись с отцом.

— А там уйдёшь, если сам захочешь. Рыцарям даже императоры свою волю диктуют лишь при большой на то необходимости.

Конечно же, мы не афишировали своё истинное положение и настоящую нашу фамилию этот птенец не слышал.

— Мы лишь поможем тебе обрести опору, Райн, — добавил отец. — Не клетку, не поводок с ошейником. Только опору под ногами и достаточно сил, чтобы идти. Или взлететь.

Тёмный внимательно взглянул сначала на меня, потом на моего отца, и старательно уткнулся в недоеденный десерт.

Мы с папой только едва заметно кивнули друг другу. Даже странно, что его достаточно гадкий характер сейчас не проявляется совершенно. Я точно знаю, что Дизель и остальные несколько раз серьёзно и подолгу разговаривали с ним, убеждали, просили. Но чтобы уличный злой волчонок взял и разом доверился чужим рукам… волчонок должен быть тёмных кровей, а руки принадлежать Владыке.