Господин Вечности

От медальона даже с картины веяло холодом. — Это наш компас.

— Ну и каким… как нам его теперь искать? — раздражённо поинтересовался Даня.

«Я думаю, для начала проверим склеп, — ответил, используя призрачную связь. Нефиг нас подслушивать всем, кому не лень. — Если не найдено тело, могут похоронить вещи».

«Так вас же обычно жгут! — удивился Данька. — Пепел по ветру и всё такое…»

«Если это не касается Владык, — сказал Ван. — Могила Владыки — что-то вроде вечного напоминания о его власти, которая не заканчивается даже после смерти».

«Как же у вас всё сложно». — В который раз за последнее время двойняшки произнесли эту фразу?

«Сбрасываем хвост и марш в склеп», — решил я, размыкая контакт.

Через час мы уже были в правом коридоре. Наши соглядатаи уверенны, что мы сейчас в городе.

— Увидев привидений — не орать, — с шутливой серьёзностью сказал я.

— Сам смотри не… не опозорься, — хмыкнул Маньяк.

Спускались мы, рассматривая по дороге расставленные в нишах скульптуры. Каждая — в полный рост, по размеру такая, каким и был правитель.

Ильен был немного выше меня и шире в плечах. Встретился по пути и Данхар. Задумчивый и усталый. Живой он повеселее.

Минус первый этаж. Подземелье практически. Мне темнота не мешает. Вану тоже не очень, когда у него зрачок косым крестом, а Маньяки светят себе фонариками. Тяжёлый воздух подземелья. Никакой сырости нет — очень сухо. Ниша захоронения дяди Ильена оказалась самой первой из занятых. От словосочетания «занятая могила» меня передёрнуло. Усыпальница. Кажется так эта штука правильно называется.

Большой каменный гроб высотой мне по локоть. Интересно, как мы эту надгробную плиту сдвинем? В ней веса не меньше тонны.

— Отойди, — прошипел Апокалипсис, пребывая в своём промежуточном облике.

Я не рискнул даже слова поперёк сказать этому порождению самых страшных кошмаров. Я не боюсь собственного брата… я не боюсь брата… не боюсь, сказал! Ну и какая печаль от того, что у него на башке змеи похлеще чем у Горгоны, зрачки крестом и кожа — чистое золото?! И вообще, он стал лучше себя контролировать.

Поэтому мне не страшно! Вообще ни капли. Тем более что плиту он уже отодвинул.

— Один только истлевший хлам. — И ничуть меня не пугает этот низкий, шипящий, изменившийся голос. Всё равно, что он произносит слова, почти не разжимая зубов. — Здесь нет «компаса».

— Давай поверим в остальных, — предложил я, подходя и заглядывая внутрь каменного гроба. Книга, пара рубашек, ремень… достав книгу, я перелистнул страницы.