Душа наизнанку

Осторожно заглянув в зеркало, я облегченно выдохнул – никаких двойников. Это не могло не радовать. Смыв с тела пот, свежий и бодрый я пришел на кухню, где повстречал Белоуса. Тот сидел на подоконнике, жевал яблоко и поглядывал на занимающуюся зарю. Услышав мои шаги, он повернул голову.

– Как спалось, молодой хозяин? – осведомился домовой, хитро улыбаясь во весь рот. – С красной девицей-то под боком?

– Все-то тебе надо знать, – беззлобно отмахнулся я от расспросов. – Скажи лучше, что со мной было?

– Хворал ты. Плохой совсем был.

Хозяюшка вокруг тебя всю ночь хлопотала, уморилась, голубушка. Только под утро заснула, когда ты вздрагивать перестал да задышал ровно. Что снилось?

– Лучше не вспоминать, – отмахнулся я. – Есть будешь?

– Нет, спасибо. – Белоус помотал косматой головой.

– Как знаешь. – Пристально изучив содержимое холодильника, я понял, что не хочу обычной еды. Мой голод был иного рода. Неожиданно к нему примешалось странное чувство тревоги.

С чего бы это?

– Любопытно… – протянул Белоус, привстав на цыпочки.

– Чего эта девочка здесь забыла, в такую-то рань?

– Кто?! – Миг, и я уже стоял рядом с домовым, разглядывая странную особу, что расхаживала между ровными рядами машин на парковке. Она явно что-то искала. И я, кажется, знаю что. Точнее, кого – мой автомобиль как раз располагался по курсу движения незнакомки.

Она вдруг подняла голову, и мы встретились взглядами. Совсем еще девчонка лет шестнадцати, болезненно бледная, с раскосыми глазами желтого цвета. Уж не знаю, когда у меня появилось орлиное зрение, но разглядеть черты молодого лица я смог с весьма внушительного расстояния.

Но что интереснее: почему эта девочка казалась мне необыкновенной?

Странно, но она, кажется, не увидела меня. Прищурившись, незнакомка поводила головой из стороны в сторону, потерла глаза, наморщила нос, втягивая воздух, будто собака какая, а потом направилась прямиком к моей машине.

– Неужто чары отвода глаз учуяла? – удивился Белоус.

– Дверь за мной закрой. – Я решительно направился к выходу.

– И не открывай никому, кроме меня. Понял?

– Понял, чего ж тут непонятного! – Домовой спрыгнул с подоконника и засеменил следом. – Может, хозяюшку разбудить?

– Нет, – отрезал я. – Пусть отдохнет. Сам разберусь.

На улицу я выскочил в том, в чем был: домашняя майка и штаны, даже без тапочек, босиком. Стоило мне выйти из подъезда, как странная девка, как раз обошедшая мою машину кругом, сразу же повернула голову.

– Тебе чего надо? – вместо приветствия спросил я.