Хрустальная ложь

Павел Ермолов несколько раз выходил в холл, изображая бурную творческую деятельность в качестве журналиста, но Николь Нортон появилась на открытии выставки, а потом сразу исчезла. Когда он проверил её телефон по программе слежения, то увидел, что девушка находится в городе Орвието.

Павел решил дождаться её возвращения в отель, уверенный, что вечером она появится на банкете, куда сам был приглашён под видом журналиста.

Николь, следуя маршруту GPS навигатора, подъехала к симпатичной вилле на окраине города Орвието.

С удовольствием полюбовалась обласканными кустами роз, гортензий и магнолий. Взяла телефон, в очередной раз позвонила Жаку Дюрану. Длинные гудки равномерно падали в пустоту неизвестности. Девушка выбралась из машины и остановилась перед дверью, раздумывая о дальнейших действиях.

– Добрый день, кого-то ищите? – слабый голос, дребезжащий, как у старой механической куклы, заставил Николь обернуться.

К ней приближалась умильно крошечная старушка, одетая в нечто среднее между платьем и скатертью, что-то розовато-зеленоватое с крупными пятнистыми цветами.

– Сейчас подойду к вам, – добавила пожилая синьора и продолжила двигаться в темпе, который, казалось, игнорировал само существование времени.

Голову старушки украшала копна выбеленных временем волос, на носу восседали непомерно большие очки, из-за которых проглядывали острые, пытливые глаза. При этом синьора ровно дышала через нос, а её лицо выражало вдохновенную сосредоточенность.

Наконец она доковыляла до Николь и теперь взирала на девушку снизу вверх глазами голодного хищника, готового вцепиться в любого случайного прохожего и заболтать его до исступления на любую бессмысленную тему.

– Добрый день, синьора. Я, приехала повидать знакомого, – осторожно ответила Николь.

– Знакомого? Хм, – аккуратно нарисованные чёрным карандашом брови приняли линию, соответствующую недоверию.

Старушка ещё раз подозрительно осмотрела девушку с ног до головы, причмокнула губами, перевела взгляд на пустынную улицу и наконец заговорила.

– А нет здесь никого, – она театрально выгнула бровь. – А что же вы за друг такой, раз не знаете, что синьор Жак Дюран умер?

– Как умер? Мы с ним вчера созванивались, – теперь уже брови Николь продемонстрировали недоверие.

– Да, вчера его и убили. Полицейские тут всё облазили. Даже на крыше что-то искали, но ничего не нашли.