Тот, кто меня укусил

— А у избранного может быть два Покровителя?

Виктор смотрел на меня, а его зрачки сузились настолько, что стали почти неразличимыми точками в желтизне радужки.

— Ты же знаешь, что только сыворотка одного Вечного станет для тебя Даром вечной жизни. Сыворотка другого превратится в яд.

Я знала. Нам в школе об этом говорили. Много говорили о том, что чем больше в человека попадает сыворотки Покровителя, тем сильнее избранный привязан к нему и зависим от дозы.

— Ладно. А если это был случайный укус, как в начале истории Вечных? Тогда же не все умирали.

Виктор опять молчал, и это меня тревожило сильнее, чем отрицательный ответ. Ну, скажи же просто, что нельзя! Что однажды укушенный будет привязан к этому вампиру пожизненно!

— Ты кому-то разрешила укусить себя? — низким, пробирающим до костей голосом спросил Виктор.

— Нет, — быстро и твердо ответила я.

Черт, я знала, как они умеют слышать неправду.

— Хорошо. Потому что вставать в оппозицию королеве сейчас не лучшее время.

Я нахмурилась. Это странное предположение, что я могу что-то противопоставить самой королеве Анне!

— В нашей истории существовали люди, способные усваивать сыворотку от разных Вечных, — вдруг проговорил Виктор, чем совершенно ошарашил меня.

От нас такую историю утаивали. Были простые и понятные законы что можно, а что нельзя. Так вот отдаваться разным Вечным строго запрещено, под страхом мучительной смерти.

Что собственно исторически было доказано. В первые двадцать лет появления Вечных многие экспериментировали.

Зря.

— Если случится подобное с тобой, я запрещаю тебе об этом рассказывать кому-либо, кроме меня. Вика, твой Покровитель не должен знать, что ты можешь обойтись без его укусов. Вечные этого не прощают. Поняла?

Я кивнула, паникуя от его слов. Для меня стало больше непонятного, а ведь я задала всего два вопроса! Что я хотела? Убедиться, что если пережду месяц, ну может два, после случайного укуса, и даже не укуса, а какой-то царапины, то снова стану чистой.

А вместо этого, я узнала, что вампиры могли заводить гаремы и даже устраивать тройные союзы с избранными. Ну, зачем мне это знать?!

— Но я не собираюсь предлагать себя каждому, кто навязывается, — выдавила я, чуть-чуть подавив панику.

— И это к лучшему, но в наше неспокойное время могут найтись недоброжелатели, которые решат за тебя, кому ты будешь принадлежать.

Сердце рухнуло в пятки.