Последний киносеанс

Холодная, гладкая. Эдгар лишь внутренне поежился. Напарник обследовал конечность без всякого отвращения.

— Сухо. — Выдал он. — Мне кажется, что это просто куклы, — и после этого небрежно толкнул тело.

Оно покачнулось, загремело внутри кукольными суставами, подергиваясь так, как ни для одного человека неестественно. Эдгар кивнул. Эгрет вновь улыбнулся ему.

— Ещё новые, странные, куклы.

Монотонный, чужой голос раздался за спиной.

Эдгар рефлекторно схватился за пистолет, но тут же расслабился. Конечно, у него ещё висел и складной клинок на поясе, но привычка браться за огнестрельное оружие была вбита в голову последними событиями.

В свете фонаря, теперь уже действительно стояла одухотворенная кукла. Росчерки креплений на суставах, подвижных частей, не оставляли сомнений. В купе с расслабленным выражением лица, и сухой интонацией, сомнений не оставалось — настоящая марионетка. Только нитей нет.

— Кукловод приводит все больше кукол, вроде вас. Полагаю, нам следует беспокоиться. — Его голова склонилась к левому плечу.

— Или, может, не стоит?

— Не стоит. — Эдгар заставил себя сбросить жуткое чувство, и подойти к нему. — Мы не куклы. Даже, можно сказать, ненадолго здесь оказались.

— Ясно.

— Кукловод, о котором ты сказал, кто это? — Эгрет поравнялся с Эдгаром.

Некоторое время незнакомец просто молчал, смотря немигающим взглядом на обоих, словно замер, или закончилась заводка ключом. Тем не менее, они ждали.

— Он приводит новых кукол. Оставляет их, прежде чем подвесить их за нити. Они кричат, пока не срывают голос.

Тогда он меняет их тело. Тогда они становятся настоящими куклами. — Незнакомец запрокинул голову, в сторону тел. — Вы не слышите, как они кричат?

Эдгар закрыл глаза, вслушался. Свистит дыханием ветра сквозняк, которого он не замечал ранее. Скрипят цепи и веревки, наполняя помещение звуками смерти. Похожи ли они на крики? Только отдаленно. Скорее на стон или плач. Стон, порождаемый воображением, которое хочет слышать немой протест этих кукол. Ничего он не слышит.

— Нет.

— Ответил Эдгар.

— Завидно. — Сухо ответила кукла. — Хочу ваш грубый слух, чтобы не слышать того, что не хочется слышать.

Эгрет покрутил пальцем у виска мимолетно, глянув на Эдгара. Он был склонен с ним согласиться.

— Все идет как-то не так. — Призналась кукла. — Обычно здесь никого нет. Обычно остаются там, в зале. Странной зале, далекой от нас. Кукловод потом выносит оттуда новоприбывших. Несет в мастерскую. Ему надоели куклы, вроде нас. Он создает новые куклы.