Город Крови. Шаал-Рю

— А теперь отведай настоящих кинжалов.

Острые стилеты со смачным звуком пронзили грудь Осириса, обильно смочив её тёмной кровью.

— Надо было надеть свою броню, — промычал воин, с трудом двигая губами.

— Это ничего бы не изменило, воришка. Твоя судьба предрешена…

А лестница всё вилась и вилась, уводя незваных гостей глубоко под землю. По расчётам Гаруты выходило, что они находятся уже на приличной глубине — что-то около ста шестидесяти метров.

— Долго ещё, учитель?

— Не будь таким нетерпеливым, Гарута. Сейчас пойдут уровни, в которых держат опасных заключённых, ждущих приговора Белой Королевы.

— Тёмные Маги?

— Не только. Хотя в основном, конечно, они, голубчики.

Молодой маг почесал затылок, задумчиво глядя на впереди идущего Зерата.

— Послушай, учитель, могу я задать тебе один вопрос?

— Задавай, но не жди ответа, — усмехнулся Безликий. — Если вопрос будет интимным, я предпочту промолчать.

— Хорошо. Мне интересно, что же произошло между тобой и гильдией? Почему ты предал Шаал-Дуран и склонил меня сделать то же самое?

Безликий долгое время молчал, и чародей уже решил, что он не станет отвечать.

Но потом услышал, как хрустнули костяшки пальцев Зерата, когда тот сжал кулаки.

— С одной стороны, Гарута, твой вопрос слишком сложный, потому что имеет массу второстепенных факторов. Но с другой, он прост, как сама жизнь. Я пошёл против гильдии, потому что однажды возненавидел всем сердцем её и тех, к кому она была обращена.

— Ты имеешь в виду Терфиаду?

— Не только. Я имею в виду всех Всесильных, а также тех, кто предал наших Отцов.

Это они истинные Предатели, потому что обрекли свой вид на уничтожение ради собственных ничтожных интересов.

— Я не понимаю, — растерянно пробормотал маг. — О чём ты говоришь?

— Видишь ли, дружок, эта история немного ни к месту. Да и больно длинная.

— Ничего страшного. Расскажи, — попросил Гарута, и Зерат смилостивился.

— Хорошо, обрисую ситуацию вкратце. Когда Столп Мэлос породил очередных Малкиров —Всесильных — Титаны были на вершине своей власти.

Три Плеяды правили совместно, манипулируя сознанием смертных через религию, названную Гармонией Триединства. Это была прекрасная религия, постулирующая несколько основных догматов, не таких жалких и нелепых, как те, что можно обнаружить в учении Элинады или Терфиады. Эти догматы оперировали такими простыми понятиями, как Свобода и Суровая Справедливость. В сочетании этих двух понятий рождалась Гармония — центральный аспект учения.