Сороковник. Книга 1

Икру можно, но насчёт этого не знаю, есть ли. Руки иди мой, между прочим.

Он спешит к раковине. Я плюхаю на его тарелку два самых аппетитных, толстых блина – а у меня только такие и получаются! Нора, сума перемётная, кладёт морду парню на колени, и преданно заглядывает в глаза. Всё почти как дома. Только сметана не в банке, а в крынке, и доставать её оттуда приходится кусками, ложкой.

Сердце моё тает, как кусок масла.

Возвращаюсь к плите. Блинопеченье – как конвейер, остановок не терпит.

После третьего захода парень, похоже, осоловел.

Щеки зарумянились, живот заметно округлился, как у сытого котёнка.

– Постой, не засыпай.

Пристраиваю на поднос стопу блинов, исходящую паром, сметану, мёд.

– Иди, отнеси Васюте на пробу. Кстати, он тебе кто?

– Дядька, – дожевав, отвечает парниша. Хоть и сыт, а на ходу отломил ещё кусочек и запихнул в рот. Подхватывает поднос, чистое полотенце из буфета и исчезает за дверью в зал. Я же ставлю на плиту чайник. Чутьё мне подсказывает, что в красивых фарфоровых банках в буфете самое место чаю.

Заварив, подсаживаюсь к окошку и невольно возвращаюсь в мыслях к местному хозяину. Значит, племянник… Что, больше никого из родни?

Да что я гадаю? Всего два стула к столу приставлены. Вот и ответ.

Из зала скорым шагом проходит Васюта. Довольный. Глаза блестят. Окидывает – нет, охватывает взглядом всех и всё. Хозяин.

– А сама-то что, до сих пор сидишь голодная?

Ну да, увлеклась. От первого блина, что отложила себе на покушку, кусочек отщипнула, остальное скормила Норе. Пришлось пояснить:

– Пока не закончу, от плиты не отхожу, чтобы ничего не сгорело.

С блинами ухо востро надо держать!

Он качает головой. Достаёт две кружки, разливает чай. Ставит на обеденный стол тарелку.

– Но ведь закончила? Давай-ка, теперь я за тобой поухаживаю.

– ... Хозяйка, – говорит немного позже, и, видимо, в его понятии это высший комплимент. – Пойдёшь ко мне?

Я давлюсь чаем.

– Вместо Ольги, – добавляет он поспешно. – Сама видишь: мне без работницы никак, а тебе ж всё равно место надо искать.

Мне становится смешно.

– А не боишься, что домогаться начну?

Он вздёргивает бровь.

– Не из таких ты. Женщина серьёзная. Там, у себя – замужем?

– Нет, – отрезаю.

– Понял. А Гала сказала – у тебя дочки.

– Дочки есть, мужа нет. – Я отставляю чашку. Как всегда, при подобных разговорах настроение портится. – И не было. И не будет. Всё?

– Всё, – он примирительно вскидывает ладони. – Я ж только спросил! Приходи ко мне работать.

– Васюта, – я даже фыркаю.