Залейся зельем!

«Как же непросто быть автором, — думал сказочник. — Призывая к жизни очередного персонажа, приходится брать на себя полную ответственность не только за слова и поступки своих творений, но и за то, что они видят и слышат вокруг себя. Стоит только немного отвлечься повседневными заботами и потерять их из виду, как персонажи твоих историй начинают хандрить».

— Привет, красавчик, — неожиданно сквозь ритмичный лоу-фай-бит сказочник расслышал шёпот незнакомой истории.

Парень остановился, поставил плеер на паузу и откинул капюшон.

Прямо перед ним, загораживая ему дорогу, стояла незнакомка в коротеньком пальто.

«Подкараулила, — подумал сказочник, оглядываясь по сторонам. — И место какое удачное подобрала»

Место было действительно удачное: на низком своде подворотни, переходившем в кирпичные стены, даже намека не было на какой-нибудь чахлый светильник. Единственными источниками света были два тусклых пятна на входе и выходе.

— Скучаешь? — промурлыкала незнакомка.

— Не сейчас, — парень пошарил по карманам, пытаясь отыскать в них свой блокнот и какой-нибудь пишущий узел.

— Сейчас я не готов тебя слушать.

— Зря, — томно проворковала история. — Только взгляни на меня, хотя бы одним глазком.

И незнакомка распахнула полы коротенького пальто.

— Нравится?

***

Каждый писатель знает об эксгибиционистских наклонностях историй. Видимо, это было в их природе. Легкомысленные литературные сущности, в особенности те, что с низкой социальной ответственностью, любили с ходу обнажать свой незамысловатый сюжет перед первым встречным автором.

Такое поведение объяснялось тем, что в литературном мире присутствует довольно большая конкуренция и не каждой истории удается найти своего автора, а уж про читателя я вообще лучше промолчу. Поэтому некоторые назойливые истории очень часто выходили по вечерам на улицы в надежде подловить зазевавшегося писателя и заставить его всеми правдами и неправдами взглянуть на их сюжет, так сказать, без купюр. А вдруг творческая личность воспылает желанием их записать? А там, глядишь, и читатели подтянутся.

Вот так иногда, чтобы передать свою мораль, некоторым приходится вести себя довольно аморально. Но что поделать, всем литературным сущностям, и легкомысленным, и вполне серьезным, нравится, когда их слушают, записывают и читают. Какой смысл быть историей, если о тебе не знает ни автор, ни читатель?

***

Сюжет же этого явно хентайного творения был довольно тощий.