Залейся зельем!

Поэтому он был направлен в творческий отпуск с заданием написать что-нибудь светлое и доброе, что-нибудь без криков мандрагор, пожаров и взрывов. Короче, написать что-нибудь, что заставит читателя погрузиться в легкий сюжет и расслабленно улыбнуться в конце произведения.

Сказочник и сам понимал, что стал заложником жанра, поэтому не раздумывая согласился. Шутите, на Бали за счет компании! Кто откажется от таких подарков? Он быстро собрал вещи, экстерном устроил Тули́нэ в Университет Прекрасных Принцесс и поселил её в лавке «Залейся зельем», так сказать, под надзор своего более надежного персонажа.

Напоследок он помахал своим сказкам рукой и со спокойной совестью свалил в аэропорт — навстречу просветлению, солнцу, морю и черепахам.

***

Тем временем лаек в магазине прибавилось, а с их прибавлением появилась непонятная атмосфера суматохи и безудержного веселья. Конечно, ведь лайки всегда приносят радость.

Малышки-мандрагоры с визгом гонялись за стаей собак. Тули́нэ поймала особо пушистую псину и начала ее няшить и тятёшить.

Лайка смешно тыкалась мокрым носом в оттопыренный карман бального платья, намекая на то, что лапша быстрого приготовления резко контрастирует с воздушными силуэтами наряда Тули́нэ и что эта самая лапша гораздо гармоничней смотрелась бы в её желудке.

Что поделать, некоторые лайки считают себя особенными и требуют от своих объектов определенных подношений. Тули́нэ не стала спорить с животным, решив не дожидаться, пока оно измусля́кает ей весь карман.

Кстати, если кто-то считает, что в бальном платье не должно быть карманов, то он глубоко заблуждается. Где, скажите на милость, принцесса должна носить мобильник с наушниками? Ведь не за пазухой же!

Лайка быстро умяла угощение и довольно посмотрела на Тули́нэ.

— Парле-ля-грамм? — спросила девушка у собаки.

— Ву-уи! — ответила лайка.

— Оh, mon cher ami*, — проворковала Тули́нэ, целуя лайку в мокрый нос.

— Это-о-о что-о-о такое! — послышался рев старшей мандрагоры.

— Лайки, — отозвалась девушка.

— Немедленно убери их отсюда, — потребовала Ман, — тут же всё псиной провоняет!

— Не могу, — усмехнулась Тули́нэ. — Лайки нельзя убрать, это невежливо!

Мандрагора издала непонятный звук и поискала глазами кудесника. Тот продолжал сидеть за торговой стойкой и флегматично поглядывать на пушистых представителей социальных сетей. Издав боевой клич, старшая мандрагора полезла напролом сквозь стаю собак, периодически пресекая попытки ее обнюхать.