Последний самурай

Губы Кэзухиро не двигались. Вернее, они кривились то в одну, то в другую сторону, но он не произносил ни слова. Это точно. Если только у братца нет талантов в чревовещанит, чему я, наверное, после сегодняшней ночи уже не удивлюсь.

– Эх, что ж за жизнь... Что ж за жизнь... В этот раз мне достался испорченный, бракованный человек... Стоило ждать тысячу лет. Я, дракон Рю, могущественное существо...А вынужден возиться с мальчишкой, который совершенно не умеет пользоваться своим "Ки".

– Как ты это делаешь? – Спросил я братца, пристально изучая его лицо.

Хрень какая-то. Он ничего не говорит, только смотрит злым, ненавистным взглядом, но я отчетливо слышу голос.

– Мальчишка ещё и туповат...О, горе мне, горе... Сюда смотри! Эй! На камидану.

Я перевел взгляд в сторону полки, которая считалась местом духов и...

Сначала моргнул, прогоняя глюк. Потом потряс головой.

Золотой Дракон, который до этого стоял боком, теперь повернул башку и смотрел прямо на меня. Более того, поняв, что я тоже смотрю на его драконью морду, он вдруг.

.. улыбнулся.

Это было уже слишком. Честное слово. Я сначала усмехнулся, потом хихикнул, как школьница-малолетка. А уже после этого в голос, захлёбываясь слюной и закинув голову назад, заржал, как конь.

Меня буквально распирало от смеха. Потому что... Ну йоптвоюмать, по-русски говоря. Да простят меня все эти вежливые люди. Сначала очнулся японцем. Потом выяснил, что нахожусь в другом мире. Следом появилась опасная японская мафия, которая угрожала мне из-за брата-гниды.

И главное, мир другой, а якудза в нем один черт имеется. Затем демонская тварь хотела сожрать мое новообретенное тело. А теперь – говорящие драконы.

Я хохотал просто как ненормальный. Аж слезы из глаз полились.

– Ты чего? – Кэзухиро вытаращился на меня с откровенным испугом во взгляде. Видимо, он решил, что у младшего брата поехала крыша.

А я никак не мог остановиться. Тыкал пистолетом в золотого дракона и ухохатывался.

– Ой не могу... Аха-хах... Оно... Я сецчас умру от смеха.

.. А-а-а-а-а... Оно разговаривает. – Пытался объяснить свое веселье, но получалось у меня это с трудом.

– Кто? – Спросил с подозрением Кэзухиро.

Он так обалдел от моего странного поведения, что даже забыл про нос, который, кстати, у него прилично распух. Братец убрал одну руку, второй прижал к лицу по́лу рубашки, но милую синеву, расплывающуюся от переносицы под глаза, я все равно смог разглядеть.

– Оно...Аха-хах... Дракон... Ой я не могу. Дракон разговаривает.