Бакэнэко

Под сердцем шевельнулась холодная пустота, но всё обошлось. Ногти удлинились, загнулись острыми крючьями. Пожалуй, эти новые лапы, вместе с новыми когтями, гораздо лучше его прошлых.

— Хмм!

Оценивающий возглас скользнул по пустым коробкам заброшенного недостроя. Герман поднёс руку к шее, ощупал её и поднялся выше, тщательно изучая произошедшие с ним изменения.

Сильно он не удивился. Как кот, он и до последних событий кое-что умел. В границах отпущенных лично ему возможностях. Вдобавок, Катя очень увлекалась китайской и японской мифологией.

Даже вела какой-то блог, пока училась в институте. Любимыми её персонажами были разнообразные восточные оборотни — лисы, еноты, пауки. Больше всего сказок и легенд она собрала о кошках-оборотнях — Бакэнэко.

— Интересно, — Катя подхватывала на руки, тогда ещё молодого, рыжего кота, — а ты бы смог стать оборотнем?

— Мяу, — недовольно отвечал рыжий на высказанную глупость.

— А что? Хвост у тебя длиннющий. Я позабочусь, чтобы ты жил долго и счастливо и дожил до четырнадцать лет.

А вот кровь свою я тебе пить не дам.

В ответ на такие слова Герман начинал особенно тщательно изворачиваться, хлеща во все стороны тем самым «длиннющим» хвостом. Глупости какие! Это пускай разные азиатские кошки подобным занимаются. Не для него такие выкрутасы.

Как оказалось — для него тоже. Подобные вещи абсолютно не зависели от уголка планеты.

Осторожно поднявшись на новые ноги, Герман отряхнулся, попутно изучая своё тело и его возможности.

Молодым он не выглядел.

Кожа, новая, более мягкая, шерсть — волосы, сказал он себе, так это называется у людей, — всё говорило о зрелом возрасте. Вместе с тем, мышцы, связки, суставы, даже не думали жаловаться. Рыжий был крепок и ловок.

Это всё кровь убитого им парня, умноженная на обретённые способности оборотня.

Кстати, насчёт способностей оборотня. С когтями у него всё получилось. Как с остальным?

Это оказалось болезненно. Суставы меняли своё положение, кости изменялись, а мышцы трещали, принимая соответствующую форму.

И всё же, Герману удалось принять кошачий облик. Отличающийся, правда, от его старого размерами и ещё парочкой деталей. Впрочем, решил он, со стоном возвращая себя в облик человека, это не имело значения. Крупные коты случаются в жизни. Те же манулы или Мэй-куны. В крайнем случае, Герман зажёг на ладони круглый шар света, применим морок.

Всё, каждая частичка незваных сил, должно пойти на выполнение единственной оставшейся в его жизни цели.