Сороковник. Книга 3

И это вот – всё?

Шикарные апартаменты старшего брата, который даже толком не знает, в какой комнате что у него находится – и чуть ли не монашеский быт младшего, хотя последний вряд ли стеснён в средствах. Какие же они разные, в который раз думаю я. Какие же… Как мои девочки – одинаковы только внешне, а характеры у каждой свой, и не подумаешь, что от одной матери.

Здесь, как и внизу, свечи на люстре загорелись сразу же при моём появлении. А вот интересно, как же их гасить? Приказать, чтобы потухли, или сами уловят, когда я в постель лягу? Или Мага при свете спит? Заглянув ещё раз, но уже с серьёзными намерениями, в ванную комнату, обнаруживаю в системе горячую воду и умываюсь с дороги.

На большее не тянет, не то настроение – в ванне нежиться. Снова посидев на кровати, немного поразмыслив, на цыпочках, чтобы не скрипеть ступеньками, спускаюсь вниз. Рюкзачок прихватываю с собой.

Если бы не знала, что Аркаша остался у нас, то и не обнаружила бы его, пока не наткнулась.

Оборотник спит совершенно бесшумно, никаких демаскирующих храпов. Мага сидит на полу, прислонившись к боковине соседнего дивана, босиком, в каких-то штанах домашнего вида и в рубахе. Уставился на огонь, брови сведены, сосредоточен. Догадываюсь, о чём он думает: вот я привёл сюда практически незнакомую женщину, с которой у меня, кроме детей, ничего общего. И что теперь с ней делать?

– Ты почему не спишь? – спрашивает, едва взглянув. Даже вполголоса у него получается говорить со мной строго.

– Не хочу, – отвечаю так же. – По твоей милости больше суток проспала, все бока отлежала. Я вот подумала: может, ты есть хочешь? На Николаса всегда жор нападал после любых занятий магией, а у тебя сегодня расход энергии большой. У меня с собой, правда, только хлеб, но его можно на огне поджарить, получится неплохо.

Он смотрит на меня сумрачно.

– Я идиот.

И становится ясно, что не мной он недоволен. Поднимается на ноги.

– Обещал, что здесь у тебя всё будет, а сам даже не догадался покормить.

Плохой из меня хозяин. А хлеб – это замечательно, Ива. Только этого будет мало, у нас же ещё один едок. Пойдём, поищем ещё что-нибудь.

Мы переходим к малому очагу. Мага снимает с крюка над огнём копчёно-вяленый окорок, заваливает его на стол и острым, как бритва, тесаком принимается нарезать.

– Тарелки там, – указывает на буфет неподалёку. – Да, рассчитывай и на Аркадия! Едва едой запахнет, сразу проснётся.