Пока не поздно

Его тайное желание отчасти обернулось явью, но вслух он ни за что не признался бы, что давно мечтал ощутить как стучит живое сердце в груди, как урчит в животе от голода, как теплеют кончики пальцев, стоит только сжать их в кулак.

Богиня кивнула, будто подслушивала мысли спутника. Она до конца не понимала и половины желаний Фидана, потому что сама никогда не была и не стремилась стать человеком – бессмертие полностью устраивало Богиню.

Они забрели в ту часть Лабиринта Развлечений, где царил полумрак и паучье гнездо.

Под ногами шастали пауки размером с ладонь – особо прытких Фидан отправил в полет мыском ботинка. Факелы горели тускло из-за поросшей повсюду шелковой сети, а где-то и вовсе затухали из-за нехватки кислорода – настолько плотные паучьи гобелены украшали стены.

– Наверное, тут некого спасать. Пауки скоры на расправу. Единственное, что мы можем найти, – высушенный труп.

– Тогда я посочувствую тебе, потому что пауки поймали твою напарницу.

Он споткнулся о пробегавшего мимо паука.

– Как вы такое допустили? – вдруг вскинулся Фидан.

– Почему не побежали спасать ее первой?

Богиня пожала плечами.

– Она не поверила бы мне. Она не так легко верит словам как ты. Хотя... нет, тебе она верит безоговорочно. Любому твоему слову.

– Неправда. Я много болтаю ерунды. Мне нельзя верить на слово.

– Будь твоя напарница дурой – она и в ерунду верила бы, – усмехнулась Богиня.

Они остановились перед темной норой, сплетенной из шелковой сети. Из округлого отверстия на путешественников дохнуло затхлым гниловатым запахом, будто там внутри лежит что-то, что давным-давно превратилось в мумию.

– Готов пойти дальше? – спросила Богиня, проверяя, насколько жнецы преданы друг другу.

Фидан без раздумий юркнул в нору. О том, что там внизу может поджидать паук нереальных размеров, он даже не подумал, потому что все мысли были забиты другим – тревогой, страхом и переживаниями.

– Иллюзия дурачит, так? – рассуждал Фидан, проваливаясь все глубже. – В таком случае может ли иллюзия прикончить нас?

Следом ползла Богиня, цепляясь за ошметки паучьих сетей как за веревки, свисающие то тут, то там.

– Да, может. Для простых смертных иллюзии – моментальная смерть. Для жнецов – источник, в котором легко утонуть, – прокряхтела она, стирая с лица липкую паутину. – Пауки убьют твою напарницу, потому что они необычные как и все здесь. Вы трое – заложники Лабиринта Развлечений. Ваши силы покинули вас, потому что вам скормили ложь, а вы приняли ее за чистую монету.