Идущие за лисой

А даже если и золото — не всегда для достижения цели нужно именно оно. Вот взять ту же стажировку: Владимир Иванович прекрасно видел, что Красноперская до смерти на него обиделась за Ясные Зори, потому что всеми силами стремилась попасть в Стольникова. А почему стремилась? А потому что считается, что стажировку надо пройти именно там. Вроде как и престижно, и аппаратура новейшая, и научат еще чему-то… Чему, спрашивается? Две новых кнопочки нажимать на анализаторе? Или пафосное лицо делать при осмотре? Вон Лазаревой туда действительно надо, она с владельцами животных держаться совершенно не умеет, все мямлит, мямлит — а там ее быстро научат.

А Красноперской полезно будет взглянуть на животных, которых держат не для развлечения, а для работы. И поучиться действовать в разных условиях, в том числе полевых. Может, заодно поймет, что не всегда считается — значит так и есть.

Владимир Иванович нажал кнопку, открывающую дверь изнутри, и протянул Зое электронную карточку-проходку.

— Доброе утро. Проходите. У нас полчаса до открытия, так что быстренько надевайте халат и давайте вспомним какие-то основные вещи. Вы на прошлой практике в каком кабинете работали? Ну, здесь почти все так же. Вакуумные пробирки вот в этом шкафу. Тут фиолетовые, с ЭДТА — для общего и клинического анализа крови, тут вот красные — помните, для чего? Отлично, давайте посмотрим дальше...

Первый пациент

Антон проснулся до обидного рано, причем как-то сразу и окончательно.

Уснуть обратно не получалось. Не было даже сладкой утренней дремы, когда вроде уже не спишь, но так приятно еще чуть-чуть просто поваляться под одеялом. Как будто аккумулятор зарядился до упора и требовал немедленного отключения от питания, а то перегреется.

«Это все нервы. Слишком много суеты за последнюю неделю», —подумал Антон, тщательно размешивая сахар в кофе. Ну, зато как раз есть время прогуляться в поисках этих треклятых скворцов. И Тамара Николаевна не будет его караулить в такую рань.

Во дворе было тихо, но из соседнего сквера вроде бы доносился знакомый шум испорченного водопровода. Антон ускорил шаг, нащупывая диктофон. Ага, вот и они! Орут — ой, простите, поют — на большом раскидистом клене. Так, куда бы пристроить аппаратуру, чтобы не спугнуть… Господи, их всего-то несколько штук, меньше десятка, а гомонят — аж в ушах звенит.

Антон заметил его совершенно случайно.