Идущие за лисой

Может, все началось с той практики по гистологии, когда из-под ножа Зоиного микротома вдруг вышел идеально ровный срез, и Данилов одобрительно покивал: вот, можете ведь, не зря мучились!

Или с того вечера, когда она — никуда не подглядывая! — без труда перечислила приблизительные дозировки трех растительных желчегонных препаратов из списка? В самом деле, надо было всего-то разобраться в принципах расчетов...

Или с того короткого перерыва на лекции, когда в коридоре ей случайно попался Соловьев, и Зоя как бы невзначай сообщила ему, что владелец скворца ей-таки перезвонил.

Владимир Иванович заметно оживился:

— Да? И… как?

— Я предложила ему сдать анализы птицы, как вы и советовали, — мстительно улыбнулась Зоя и торопливо юркнула обратно в аудиторию.

Вальтер при встрече подарил ей очаровательный серебряный браслет с изящной гравировкой.

— По правде говоря, я хотел преподнести вам этот скромный сувенир еще тогда, сразу по возвращении. И забыл его дома! Помните, я же говорил — моя вечная рассеянность…

— Какая прелесть! Спасибо! Вы поможете?

Зоя с улыбкой протянула руку, и Вальтер застегнул крохотный замочек на тонком девичьем запястье.

— Его можно надевать даже под ваш халат, он не будет мешать.

Браслет в самом деле сидел идеально. Не натирал, не падал, да и вообще не чувствовался на руке, хотя в первую секунду и показался Зое неожиданно тяжелым.

— Как прошла эта неделя? Вы прекрасно выглядите! Поездка домой была удачной, вы отдохнули?

Зоя еще накануне отъезда в общих чертах написала, почему не смогла принять его приглашение.

— Да, вполне.

Рассказывать подробно почему-то не хотелось. Да и в целом Зоина щемящая жажда выговориться и излить душу как будто бы спала. Впрочем, Вальтер с присущей ему деликатностью не стал допытываться.

— А тот человек со скворцом объяснил, что ему было от вас нужно? Это ведь он вам звонил тогда вечером? Он теперь больше вам доверяет, как врачу?

Вот обсудить странные предположения Антона Рузанова Зое хотелось очень сильно.

Тем более с умным и деловым собеседником. Да только Антон взял с нее самое честное и крепкое слово, что она никому ни словечка не скажет даже намеком или в шутку. Тоже, кстати, странно. Говорят же: одна голова хорошо, а две лучше. Тут, правда, вышло бы уже три, но сути это не меняет. «Мы не можем знать, кто именно тут замешан, поэтому нельзя рисковать вообще». Зоя тогда, помнится, ехидно заметила, что вообще-то по этой логике стоило бы подозревать и ее саму.