Идущие за лисой

Стационара Зоя, правда, старалась избегать: почему-то ей стало очень трудно пробиваться сквозь ощущение бессмысленности борьбы. Она не сомневалась, что в ней говорит трусость, недостойная ни врача, ни студента. Но врачи и администраторы клиники ничего не замечали.

Вальтер проявлял живой интерес ко всем Зоиным делам. Он с пониманием относился к тому, что она иногда отменяла встречи, ссылаясь на жуткую усталость, только спрашивал, не может ли он чем-нибудь помочь.

«Боюсь, добавить к суткам еще часов пять-шесть все-таки не в ваших силах», — отшучивалась Зоя.

Ей в самом деле было очень жаль пропавших свиданий, но она всерьез боялась заснуть прямо у Вальтера в машине.

Это были именно свидания — несмотря на всю его сдержанность, на то, что он продолжал обращаться к ней на «вы», и некоторые другие интригующие моменты. Например, то, что Зоя не приглашала Вальтера к себе, было совершенно естественно — но и он тоже не делал попыток позвать ее в гости или показать, например, свой рабочий кабинет.

О себе он вообще рассказывал мало и только отвечая на прямые вопросы. Хотя его жизнь казалась Зое очень интересной, похожей на какой-то исторический роман: Вальтер родился в одном из кантонов Швейцарии от смешанного брака, с юности много ездил по миру, говорит на нескольких языках…

— Если хотите, мы съездим в Швейцарию этим летом, после вашего выпуска. Хотя, мне кажется, в Италии вам понравится больше… — мимоходом предложил он Зое в ответ на ее восхищенное «Наверно, там очень красиво!».

На выходных Вальтер возил ее за город, смотреть старинные усадьбы, или в какой-нибудь музей, или в кино. Он ничего не требовал и не ждал от нее и вообще все выглядело так, словно одно её присутствие рядом — само по себе огромная ценность.

Он очень постепенно сокращал дистанцию: садился чуть ближе, задерживал её руку в своей всё дольше и не сводил с неё взгляда, одновременно мягкого и уверенного, от которого у неё замирало сердце.

А когда Вальтер в первый раз коснулся губами её губ — на одно лишь мгновение, нежно и еле заметно — Зоя почувствовала, что тает, как мороженое на солнце.

Девушка иногда задумывалась, что Вальтер вел себя совсем иначе, чем, по рассказам подружек, вели себя их кавалеры. Хотя, конечно, он ведь был намного старше. К тому же, наверно, давал о себе знать его швейцарский сдержанный характер.