Идущие за лисой

— Достаточно.

— Вы научите меня?! Пожалуйста!

— А чем я, по-вашему, занимаюсь все это время, начиная с сентября? Тут нет никаких секретов, никаких обрезков волос или ногтей и прочей дряни. Действующее вещество — дозировка — способ применения. А вот насколько сильным получится ваше лекарство — зависит только от ваших собственных данных. Этому, к сожалению, я научить не могу. Однажды вы попробуете, и сами все поймете. Но имейте в виду, такие вещи делаются только после того, как все остальное уже сделано. Вы меня поняли? — Аза снова перешла на формальный тон.

Ага. Так вот откуда таинственные слухи о врачах Академии, которым удавалось то, что не удавалось никому другому… Но ведь эти слухи ходят не первый десяток лет!

— Ну так и я не первая, кто… иногда прибегает к крайним мерам, — призналась Аза. — У нас была замечательная преподавательница по фармакологии и токсикологии, доктор наук, Елизавета Львовна. Я была только на втором курсе, но как-то так сложилось… В общем, она меня научила. Она сама, конечно, приходила иногда в клинику к тяжелым пациентам.

Я была одной из последних, кто ее вообще застал в Академии: она была уже в очень преклонных летах.

Аза Магрезовна замолчала, задумавшись о чем-то своем. Зоя сидела с открытым ртом, да и Антон выглядел совершенно ошеломленным.

— А кто-то еще из тех, кто сейчас работает в Академии… так умеет? — прошептала Зоя.

Аза недовольно поджала губы. Отвечать ей не хотелось, но врать не хотелось тем более.

— Да, — довольно холодно ответила она.

Но Зою уже трудно было смутить.

— Кто это?

— А вы как думаете?

Зоя прищурилась.

— Владимир Иванович Соловьев считается лучшим хирургом клиники и прекрасным реаниматологом…

Взгляд у Азы стал совсем колючим. Антон (который сидел молча и, конечно, не вмешивался в разговор), про себя отметил, что ровно с таким же выражением лица Зоя однажды ответила ему «Извини, но это мое личное дело».

— Елизавета Львовна взялась учить нас обоих, — наконец признала Аза. — Он тогда был аспирантом. Но мужчине такие вещи практически недоступны.

Владимир Иванович действительно потрясающий врач, и он, конечно, пользуется своими способностями — в той степени, которую ему удалось нащупать. К сожалению, степень эта весьма… невелика, так что можно считать, что девяносто девять процентов его успеха — это его собственные опыт, талант и трудолюбие.

— То есть он не может заставить подорожник работать в полную силу?

— Нет. Возможно, под его руками организм переносит операции чуть легче.