Разбитые иллюзии

Спокойно правил своим селом, гордо именовавшимся каким-нибудь царством. Так не повезло бедняге, говорят, красив был, и одна из дочек Гекаты на него позарилась. А уж такая профура если что захочет, то обязательно получит. Вот так и появился на свет мой папашка, тоже изрядный псих, как потом выяснилось. Он, видишь ли, слегка помешался на своих дедушке и бабушке. Это поначалу слегка, да… А потом… в общем, пыжился он, пыжился, но поклонения добиться не смог. Время уже было не то. Людишки измельчали, да и не только они. Тогда он решил родить великого сына и, знаешь, не придумал ничего лучше, как найти свою тётку и соблазнить её.

Ему это легко удалось, Гекатида тоже бредила идеей великого потомства. Звезды встали, как положено, когда зачинали и когда рожали. Гадали всеми возможными способами, и всё-всё предсказывало, что должен родиться великий бог. А родился я. Без капли силы! – Он снова захихикал и хлопнул себя по коленкам. – Родители чуть не удушили меня от досады! Спасибо кормилице-гидре, покусала она этих психопатов, отбила меня у них да к бабке-тетке отнесла. Так я у неё спокойно и вырос.

– А какие у вас сейчас отношения с отцом? – поинтересовалась я, уже не сомневаясь в том, кто передо мной сидит.

– А никаких, – широким жестом подтвердил он свои слова. – Папаша совсем спятил. После того, как его поймали на нарушении конвенции… таком мерзком, – доверительно сообщил он мне, – и примерно наказали, чтоб другим неповадно было, он и вовсе превратился в полное ничтожество.

– Какого пункта конвенции?

«Неужели его всё же наказали за Календулу?» – подумала я.

– Ах, стыдно сказать, – Оптимус горько вздохнул, – пункт о лишении разума divinitas. Помните тот ужасный скандал, когда кучка придурошных слабаков не нашла ничего лучше, как уподобиться мерзким людишкам – компрачикосам? Воровать или выкупать за бесценок детишек у слабых divinitas, я бы сказал «у filii numinis», если бы они не были слишком никчёмны для такого звания. Но это не умаляет вины преступников, – с жаром вскричал он, – Нет! Те, кто, подобно ходячим трупам людишек, сосёт силу сородичей – недостоин жить!

– Совершенно верно, – мрачно согласилась я.

– Скажите, какое конкретно обвинение выдвинули Винье? – я смотрела на Оптимуса, зная, что он сейчас «взбрыкнет».

Он улыбнулся светло и радостно. Полный псих, недаром Венди так его испугалась.

– Я не называл никаких имён. И, кстати, что там задумал этот странный волчок за моей спиной? – он продолжал улыбаться, но в vis диапазоне готовил атаку.