Разбитые иллюзии

Вампиру не понравилось, что ему кинули плату как милостыню, он глянул на золото так, словно это были куски дерьма, но, к своему счастью, решил всё же просьбу удовлетворить, и после его кивка цепи сняли. От контакта с вампом, освобождавшим её, флерса окончательно вырубилась и Тони взвалил её на плечо.

Венди сорвалась со своего места.

– Не замышляю зла, – чётко произнесла она и надела на шею обморочной открытый амулет-накопитель.

Тони вернулся ко мне и сгрузил девочку чуть в стороне, вложив в ладошку амулет.

Торги продолжились, следующими были те две умирающие и абсолютно бесполезные флерсы.

Зелёные не проявили к ним никакого интереса. За двоих запросили пять унций, слишком дорого за столь некачественный товар. Но Венди подняла руку, вызвав насмешливое фырканье в зале.

На этот раз ей никто не помешал купить лот. Флерс увели – покупки забирают после окончания аукциона. Ради меня вамп нарушил правила, и правильно сделал.

Следующим выставили селки, но тот самый вамп, что торговался за флерсу, вдруг подал голос.

– Иридас, будь так любезен, пожалей наше время.

Какое то время трупаки таращились друг на друга, словно вели мысленную беседу, потом блондин очаровательно улыбнулся.

– Похоже, сегодня день нарушения правил…

Селки быстренько убрали со сцены и вывели первого лебедя.

– Стартовая цена триста унций.

Прошелестел удивлённый вздох.

Вамп поднял руку:

– Триста.

Руку подняла я.

– Триста двадцать.

Вамп оглянулся, ища наглеца, и наткнулся на мой взгляд. Не отводя глаз, он поднял руку и произнес «Четыреста».

Я подняла руку молча.

– Четыреста двадцать.

Продолжая таращиться, он бросил «Пятьсот».

Я опять не тратила слов и молча подняла руку.

Тут трупак взбесился, и я с облегчением поняла, что его финансы не безграничны.

– Кто ты такая? Как ты смеешь становиться у меня на дороге, лешачка? – зарычал он.

В зале повисла полная тишина. Стилет замер в надежде и в предвкушении. Я решилась.

Мои слова с ласковой издёвкой прозвучали очень четко.

– Да у тебя, труп, мозги сгнили, как я посмотрю.

Ты ещё потопчешь эту землю, если будешь паинькой и окажешь мне почтение, как положено.

Глаза у трупака малость вылезли из орбит, а потом он запрокинул голову и захохотал диким безумным смехом, подлаивая. Впереди и сбоку от меня сидели болотники, за эти несколько секунд хохота они успели отодвинуться вместе со стульями. Никчёмности, привыкшие выживать.

Отсмеявшись, вамп снова уставился на меня.

– Я предлагаю тебе оказать мне почести, как сильнейшему.