Разбитые иллюзии

– Кто это? – тут же спросил Седрик. Наверное, меня выдал изменившийся запах.

Вик…

– Седрик, оставь меня, пожалуйста, дай поговорить.

– Кто это, Пати? – крикнул он в каком-то отчаянии.

– А то ты не чуешь! – разозлилась я. – Нюх подводит?

– Источник? Это твой источник? – с надеждой спросил он.

– Да, – мой ответ сопроводило еле уловимое треньканье: ложь умолчанием.

Полуволк направился к лестнице, и я поскорее нажала на кнопку.

– Тони?

– Это я…

– Пати! Ты в порядке?

– Да.

– Точно? Ночью произошло что-то плохое.

– Да. Это позади.

– Точно? Пати, твой голос говорит обратное.

– Ты же знаешь, я не лгу.

– Я слышал, что по телефону вы можете…

– Я не лгу. Всё нормально. Не хорошо, но нормально.

– Где ты?

– Я… Я за городом.

– Где за городом? – насторожился он.

Я молчала, не зная, как ему сказать, что я у Седрика, он тут же понапридумывает всякого.

– Со мной Тони и Шон…

– Это хорошо. Где за городом?

– И Ники…

– Вы в плену? – тихо спросил он, холодея от страха.

– Нет-нет. Что ты? Я же сказала, что всё нормально. Мы в гостях. Нас никто не держит. Не волнуйся, пожалуйста.

– Не могу. Скажи где ты.

Я молчала.

– Пати…

– Только не выдумывай ничего. У меня всё действительно нормально. И я не одна. Я в резиденции Седрика.

– Седрика… – слово упало камнем.

Я молчала… Вик знал, что сделал полуволк, и он слишком человек, слишком мужчина, чтобы понять, как я смогла простить Седрика.

– Скажи что-нибудь, Пати.

– Что сказать, Вик? Мы соправители этого города: Фрешит, Седрик и я. Мы не можем не общаться.

Он молчал. На брюки упала капля, не успела она впитаться, как рядом упала другая. Я плакала…

– Я уже еду. Держись.

Я задохнулась от удивления, широко распахнув глаза.

– Вик…

– Я всё понимаю. Там куча оборотней. И этот… Но я твой источник, ты можешь потребовать, чтобы меня к тебе пропустили.

– Вик…

– Скажи, что… что хочешь меня увидеть.

– Да! Да, Вик. Я очень хочу тебя… увидеть. Я тебя...– я замолчала, оборвав себя.

– Держись.

И он положил трубку.

Глава 13

Какое-то время я сидела, уставившись на отключившийся телефон, без единой мысли погружённая в два абсолютно противоречивых чувства: радости от скорой встречи с Виком и безумной тревоги по поводу того, что может произойти, если он здесь появится.