Алёнушка. Том 1. Академия — Волчьи ворота

Смотри, дождь то прекратился, как только Алёнке плохо стало. Похоже, Дуська нашей внучке свою ведьмовскую силу передала. Вот, душа бесовская, вот зараза на нашу голову.

— Что делать-то? — спросила побледневшая баба Катя.

— Надевай на Алёнку это, не знаю, как назвать. Похоже, Дуська уже померла, — вздохнув, держась за сердце, дед опустился на топчан.

Баба Катя подошла и присела на кровать. Укол подействовал, жар спал, и я находилась в полудрёме. Испарина покрывала лицо, влажные волосы разметались по подушке, и во рту пересохло.

Тяжело дыша, всё время, пыталась облизнуть потрескавшиеся губы.

Расстегнув замочек, бабушка осторожно приподняла мне голову и надела цепочку.

— Не уберегли тебя, милая. Теперь это твоя судьба, — сказала она, утирая слезу концом косынки.

От кулона пошло тепло, проникая в самое сердце. Вздохнув с облегчением, я повернулась набок, сложила ладошки лодочкой, подложив под щеку, и крепко уснула.

Наутро следующего дня к бабе Кате прибежала соседка со слободы с вестью, что Дуська-ведьма померла.

Близкая её соседка — тётка Галя уже помыла покойницу и бабушку приглашают на всенощный отпев.

— Кому же ведьма силу передала? Из наших-то никто бы не решился. К кому только не приставала: возьмите, да возьмите. Детей все по домам попрятали или к родне в города и сёла отправили. И померла же в своей кровати улыбаясь, — рассказала соседка.

Баба Катя молча пожала плечами. Не захотела выдавать внучку, мало ли какие слухи могут поползти. Наверное, думала: уедет девочка в город и никто там знать не будет, что рядом с ними сильнейшая маленькая ведьма живёт.

А в селе про то скоро и думать забудут.

Больше бабушка меня с собой в магазин не брала. Пока цепочку снимать было нельзя, а все вещи у меня — это сарафаны и майки открытые. Цепочку особо демонстрировать на людях нельзя. Через сорок дней после смерти ведьмы можно будет снять и спрятать до тринадцатилетия. И то в том случае, если хуже не станет.

В субботу ранним утром приехала мама.

Привезла мне новую куколку и новый сарафан. Я крутилась на кухне, пока бабушка с мамой готовили еду. Завтрак в деревне больше напоминал обед. Поэтому аппетит к моменту, когда звали к столу, уже клацал зубами голодного волчонка.

— Ну, рассказывайте, какие у вас ещё новости, — начала разговор за обедом мама.

Дед взял с подоконника три пластмассовых рюмки, достал из-под стола бутылку с резиновой пробкой. Открыл и налил по одной себе, бабушке и маме.