Кровь Енисея

Она посмотрела на остальных, но никто, казалось, не слышал ничего необычного. Вескна расслабилась, слегка прикрыв глаза.

Мысли Лены неслись вскачь. Освобождение духа? Это не было частью плана Совета Теней. На самом деле, это, вероятно, противоречило бы их целям. Но что-то глубоко внутри неё, возможно, та самая сила, которую она почувствовала ранее, подсказывало ей, что Вескна говорит правду.

— Совет не позволит тебе разрушить ценный артефакт. Но поддержит твоё привязывание к нему... — слова Вескны резонировали в её сознании.

Фея вздохнула с облегчением и на мгновение закрыла глаза. Она повернулась к остальным:

— Нам нужно обсудить наши следующие шаги. Григорий не сдастся легко.

— А что бы случилось, если бы я ответила на зов? — прервала её Лена. — Если бы я привязала сердце к себе? — Она закрыла глаза, едва произнеся слова, которые ставили её в центр всего водоворота.

— Григорий не сможет его использовать. По крайней мере, пока ты жива. — В глазах Вескны на миг промелькнула искра. — Это путь, дочь Василисы.

"Именно так. Посей идею." Вескна снова говорила в её сознании.

— Исключено! — Елена резко встала. — Я не буду рисковать жизнью своей дочери.

— Моей жизнью! — Лена впилась огненным взглядом в неё. — Именно сейчас ты решила изобразить заботливую мать? Ты сама это сказала... это моё наследие, избранная, легенды... привязка будет воплощением всего.

Лена почувствовала, как её сердце учащённо забилось. Она только что приняла решение, которое могло противопоставить её Совету Теней, её матери, даже Игорю. Но каким-то образом она знала, что это правильное решение.

— Я сделаю это, — твёрдо заявила она.

Внезапно, прерывая возражения Елены, сигнализация в Штабе снова сработала. На этот раз звук был более настойчивым, более угрожающим.

Все резко обернулись к мониторам, где угрожающе мигали красные огни. Игорь бросился к панели управления, его пальцы летали по клавиатуре.

— Это странно, — пробормотал он. — Кто-то... кто-то пытается пробить защиту Штаба. И причём изнутри.

Лена почувствовала, как кровь отхлынула от её лица.

— Изнутри? — повторила она, её голос был едва слышным шёпотом.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, свет в зале мигнул и погас, оставив их в полной темноте. На мгновение наступила полная тишина, нарушаемая только учащённым дыханием присутствующих.