Кровь Енисея

красный рубин — это суть ожерелья. Остальное — пустая груда камней. — Вескна слегка приподнялась. Её грудь тяжело вздымалась и опускалась, но глаза искрились древней мудростью. — Ты Избранная ожерелья, Лена. Оно ждало тебя веками. Оно не принадлежит музею, фее или даже реке. Оно принадлежит тебе. Не забывай, что полнолуние сегодня, и поэтому Григорий так яростно его желал.

— Полнолуние? — Елена на мгновение посмотрела на Лену, а затем вернула взгляд к Вескне.

— О, вы... разве это пропущено в ваших сказаниях? Полнолуние, дочь Василисы, — это окно, когда сердце может привязаться к другому.

Только тогда. И этого хочет Григорий. Если упустит сейчас... ну, у него будет ещё двадцать дней на подготовку. Но он нетерпелив.

— Ну, ожерелье у него, потому что ты проявила недальновидность. Ты могла обратиться к Совету и хранителям... поделиться тайнами, — упрекнула её Елена.

— Это не остановило бы голоса в моей голове, — тихо ответила Вескна.

— Ладно, хватит, — Лена повернулась к матери. — Сейчас не имеет значения, что могло быть и что должно было быть.

Сейчас все козыри в руках демона.

На мгновение воцарилась тишина. Вескна закрыла глаза, словно борясь с болью воспоминания. Затем, к удивлению всех, на её губах появилась легкая, почти лукавая улыбка.

— Он так думает.

Дрожащей рукой Вескна залезла в карман своей опалённой одежды и что-то достала. Когда она раскрыла ладонь, все ахнули. В её руке лежал большой каплевидный рубин, пульсирующий собственным внутренним светом.

— Мне удалось подменить его в последний момент, — объяснила она, её голос был полон гордости, несмотря на изнеможение.

— Григорий взял подделку.

Облегчение ощутимо разлилось по залу. Лена почувствовала, как бушующая в ней сила утихает, её плечи расслабились, хотя она всё ещё не могла избавиться от дрожи в руках.

— Это невероятно, Вескна, — Елена улыбнулась, а её глаза излучали невиданное до этого момента Леной восхищение.

— Эй, люди, — вмешалась Катя, — тот дикарь скоро опомнится. Имейте это в виду.

Вескна серьёзно кивнула, снова спрятала камень в карман и расслабилась.

Однако её взгляд остался прикованным к Лене. На мгновение глаза феи словно вспыхнули неземным светом.

И тогда Лена услышала это. Голос в её голове, ясный как кристалл, но в то же время нежный, как шёпот ветра:

"Лена, нам нужно поговорить наедине. Правда сложнее, чем кажется. Часть Духа Енисея должна быть освобождена из кристалла. Только ты можешь мне помочь."

Лена застыла, её глаза расширились от удивления.