Амарант

Дыхание перехватило от внезапного холода. Он успел сделать несколько судорожных вздохов до того, как вода попала в нос и рот.Данте закашлялся. Тут же чья-то рука выдернула его из-под спасительной струи. Он плюхнулся на асфальт, не переставая кашлять.

Шел дождь. Вода бурным потоком лилась из водосточной трубы. Именно она привела Данте в чувство. Но кто помог ему?

Ноги были свободны, однако руки все еще опутывала веревка. Данте попытался сесть, но со связанными руками это оказалось не так-то просто.Кто-то схватил его за шиворот и усадил, прислонив спиной к стене.

Человек в черном стоял перед ним. Он обхватил себя руками и дрожал под холодным дождем. Длинные черные волосы облепили плечи, зубы стучали.

– Тебе лучше? – спросил он.

– Что? – ошеломленно переспросил Данте, думая, что за шумом дождя неправильно расслышал.

– Тебе лучше? – повторил вопрос Джеймс Дин.

Дождавшись кивка, он подхватил Данте и завел внутрь. Здесь оказалось не намного теплее. Крысы, обрадовавшиеся было уходу чужаков, бросились врассыпную.

Дин толкнул Данте к стене. Тот не удержался на ногах – после адского приступа он чувствовал невероятную слабость. Голова слегка кружилась, но не болела, что не могло не радовать.

Джеймс Дин стоял перед ним. Дрожать он перестал, и теперь выжимал длинные волосы, не сводя глаз с Данте. Закончив, уселся на корточки, и их лица оказались на одном уровне.

– Мы так и не познакомились. Давай начнем сначала. Кто ты?

– С чего вдруг такая доброта? – спросил Данте.

– Поверь, я не знал, что у тебя такая бурная реакция на солнце. Я просто хотел тебя помучить и только потом убить. Твоя смерть была бы легкой, но перед этим ты бы настрадался на славу.

– Зачем все это?

– Думал, что ты убил Розалину.

– Значит, убедился, что это был не я. Иначе я был бы уже мертв.

– Верно. – Амарант поднялся и начал мерить шагами комнату. – Такое с ней могли сотворить только те, кто за мной охотится. У тебя силенок не хватит даже ребенка вырубить, не говоря уже о том, чтобы вырвать кому-то горло.

– Об этом я тебе и говорил, но ты не желал слушать.

– Да, но я был в ярости. Слишком сильное чувство, чтобы можно было рационально мыслить. Я не прав?

Данте молчал, глядя на него тяжелым взглядом.

– Ты все еще злишься на меня? Думаешь, я убил твоих родителей?

– Больше некому. Ты был там. Ты смотрел в окно, и тебе это жутко нравилось! – Данте поморщился от укола боли.