Амарант

Сел и огляделся в поисках Данте, но того в комнате не было.

Видения, что являлись ему, демон принял за сны. Амаранту стало не по себе, когда он вспомнил, какие ужасы насылал ничего не подозревающим людям. Теперь он испытал ночные кошмары на собственной шкуре, и это оказалось не слишком приятно. По спине медленно текла струйка холодного пота, лоб покрылся испариной.

Откинув одеяло, Амарант сел и потер глаза. Сердце не унималось, колотясь, как пойманная птица. Желудок неприятно свело. Реакция на кошмар? Интересно, но пугающе.

Дверь, ведущая в ванную, открылась, и появился Данте, одетый в одни джинсы. На голых плечах лежало полотенце, с волос капала вода.

– Решил принять душ? – осведомился Амарант.

Данте кивнул.

– После нескольких часов валяния в пыли это показалось мне нелишним. А еще заболела голова.

– Что у тебя за болезнь?

– Понятия не имею. – Данте пожал плечами. – Врачи говорят, сильное нервное расстройство.

– Неужели от этого нет лекарства?

– Есть. Успокоительные. Но я не хочу их принимать.

– Почему?

– Превратиться в вечно всем довольного пассивного идиота? – Данте повесил полотенце на спинку стула. – Ну уж нет. Таблетки помешают мне нормально соображать, а я не могу этого допустить.

– И ты используешь воду? – Амарант вспомнил, как парень просил холодной воды, когда корчился от боли на полу заброшенного дома.

Данте кивнул.

– Только она и спасает. – Он натянул футболку и кроссовки. – Каковы наши дальнейшие действия? Где искать полудемонов?

– Думаю, для начала надо позавтракать.

– Амарант смущенно улыбнулся. – Кажется, я опять проголодался.

Данте изумленно уставился на него. Затем впервые за много лет расхохотался в голос.

Данте приготовил нехитрый завтрак – яичницу и поджаренный хлеб, и поставил перед Амарантом тарелку. Сам он ограничился чашкой кофе.

– Почему ты ничего не ешь? – спросил Амарант, расправляясь со своей порцией.

– Не хочу, – мотнул головой Данте. – Аппетита нет.

– Странный ты человек.

Данте хмыкнул и ничего не ответил.

Доев, Амарант удовлетворенно откинулся на спинку стула и уставился в окно.

На улице пели птицы, раздавался веселый гомон ребятишек, гудки автомобилей перемежались со свистками постовых. Ранняя осень выдалась необычайно теплой. Амарант с удовольствием нежился на солнышке – холод он не очень любил в силу своей природы. Данте же наоборот – морщился при каждом резком звуке, прикрывал глаза ладонью от лучей, безжалостно пронзающих сквозь стекло – на окне в кухне штор не было и в помине.