Амарант

Чувствовал отвращение к самому себе, когда чья-то случайная боль вызывала в нем бурю. С огромным трудом удавалось подавлять ее.

Мальчик с разбитой коленкой хныкал, дергая за подол платья мать. Она что-то ожесточенно доказывала медсестре и отмахивалась от сына, как от собачонки. Медсестра злилась, но вида не подавала. Мальчишке же было не столько больно, сколько обидно, что его игнорируют. Будь его воля, он бы расколошматил голову, лишь бы привлечь внимание. Наконец, поняв, что ничего не изменится, он, надувшись, отвернулся и вперил взгляд в Амаранта.

– Чего смотрите? – не слишком любезно спросил он.

Амарант продолжал с легкой усмешкой смотреть на него, посылая сознанию красочную картинку. Глаза мальчишки расширились, и тот в панике схватился за руку матери.

– Мама, – прошептал он. – Он не человек.

– Оставь эти глупости, Скотти, – раздраженно махнула рукой мать. Похоже, она даже не слышала, что сказал сын.

Мальчишка уставился в стену перед собой и не смел повернуть голову.

Как быстро вспоминаются навыки, подумал Амарант.

Он уже потерял надежду на их возвращение, смирился с тем, что до конца дней останется человеком. И данное обстоятельство нисколько не печалило. Жаль, что осознал он это слишком поздно. Человеческие чувства были куда острее, ярче и красочнее демонических. Такие ощущения забудутся нескоро, и Амарант всю свою бессмертную жизнь будет скучать по ним.

Он никогда не пытался что-то забыть, но теперь это просто необходимо. Он мог отгородиться от воспоминаний, запрятать в самый дальний угол сознания, выбросить ключ и никогда не приближаться к двери в запыленный чулан.

Розалина, Данте – все будут похоронены глубоко внутри. Он сможет это сделать. Он научится забывать.

– Данте очнулся, – произнес подошедший Карлос.

Губы Амаранта сами собой сложились в улыбку.

– Замечательно.

– Он не хочет вас видеть.

Амарант кивнул. Он ожидал этого.

– Неудивительно.

– Он предпочитает испытывать боль, которая мучила его на протяжении девяти лет! Я-то знаю, какая для него это пытка. Почему он сделал такой выбор?

– Вам этого лучше не знать, Карлос.

Полицейский вперил в демона испытующий взгляд.

– Что произошло? Почему его трясет при одном упоминании вашего имени?

– Прекратите меня допрашивать. Я вам ни слова не скажу.

– Почему?

– Потому что не уверен, что Данте бы это одобрил.

Карлос долго молчал. Потом кивнул.

– Похоже, вы и в самом деле стали друзьями.

– Ненадолго.

– Скажите, Габриэль, вы в самом деле были в тот вечер у его дома?

Демон кивнул.