Записки нечаянного богача - 2.

Тоже сухощавый и в возрасте, и чин генерал-фельдмаршала ему очень шел. Второв глянул на меня исподлобья, вопросительно. Я выпрямился и уставился в землю прямо напротив камня, как стрелка компаса - на аппарат МРТ.

— Федор, проверь здесь, - коротко бросил старик, подходя ближе ко мне. Умница и эрудит что-то сказал ближним бойцам, они расступились в стороны, а давешний сапер-лягушонок стал водить перед стеной катушкой своего экскаватора.

— Тут полость, меньше метра до нее, - восторженно доложил он Федору, а потом с интересом поглядел на меня.

Замелькали лопаты, и через несколько минут перед нами открылся уходящий вниз и чуть вправо подземный коридор. Вперед пустили здоровяка, что ловил банкира и читал отходную ключнику, хоть ему и было там не повернуться. Следом, в двух шагах, зашла еще пара парней. И только после них стали запускать штатских. Режиссер шагнул первым, опередив продолжавших лаяться оппонентов.

— Что там? - тихо спросил у меня Михаил Иванович.

— Казна Андрея Старицкого. Подробностей не знаю, - так же вполголоса ответил я. Покойник описи не предоставил, - пять сундуков отдельно, дальше, под еловым пнем, но туда еще надо дойти.

Второв кивнул, не отрывая глаз от дыры в земле, куда втягивалось все больше народу. Видно было, как пляшут по стенам внутри лучи ручных и налобных фонарей. А потом раздался крик режиссера, полный искреннего матерного восхищения.

Глава 6. Старая школа.

Я внутрь даже не совался, так и стоял возле каменного афедрона, размышляя о превратностях судьбы. Как-то тревожно было находиться в подобной компании, и появление в ней Суворова тревогу только усиливало. Многократно. Теперь сделать меня выездным парадным металлоискателем мог не только Михаил Иванович.

— Дима, а как давно Вы занимаетесь инвестициями? - ну вот, помяни черта. То есть тьфу ты, не черта, а видного государственного деятеля, конечно же. Черти таким как он, наверное, кофе с булочкой и свежую прессу подают по утрам.

— Около месяца, Александр Васильевич, - тут врать не то, что смысла не имело, а было попросту опасно, - и, если это возможно, обращайтесь ко мне на «ты». Был недавно в походе на Севере, привык там общаться без лишних формальностей. Жаль, что не везде получается обходиться без них.

— Прав, прав, Дима. Формальности — страшная сила и великая вещь, - услышать от этого человека подобное было предсказуемо.