СТРАЖИ. Часть 1. Чистый и нечистый

По крайней мере, для человека.

- Свидетели были?

- Одна. Ненадежная. Старая бабулька, зрение минус 7. Говорит, видела какую-то темную фигуру на месте нападения – по ее словам, огромную и бесформенную. Ее внимание привлек крик жертвы. Бабка не столько видела, сколько слышала. Напугалась до холодного пота и оттого даже в полицию не сразу позвонила.

- А что насчет других жертв?

- Одну до сих пор не опознали – слишком осталось от нее. Или от него. Вторую тоже знатно распотрошили, но родственники по родимому пятну узнали.

Эфраим глубоко задумался. Он перебирал в памяти всех известных ему сверхъестественных извергов - ни одно существо не поступало таким образом. Волколаки любят выгрызать у людей кишки и печень с сердцем, но разрывать свои жертвы на части… да еще так, чтобы кусков не найти? Нет, не они это. Зомби? Они теперь большая редкость. Разве что какой некромант–новичок напортачит и потеряет контроль над поднятым мертвецом. Но некроманты сегодня тоже вымирающий вид.

- Как насчет моего немецкого пива? Будет? Ты обещал! – пискнул Игошка, возвращая Эфраима к реальности.

- Конечно. Как договорились. Покажешь мне, что твои сыщики нарыли по этим убийствам – и все будет.

Морщинистое личико домового просияло. С деловым видом он сдвинул свою капитанку на затылок.

- Годится, пернатый. Нам есть, что обкашлять.

Знакомство с материалами дела заняло не больше пятнадцати минут – не так много и успели здешние полицейские. Гораздо больше времени ушло на переговоры: Игошка выбивал себе награду. Губа у него оказалась не дура. И если б не упорство Эфраима, не желавшего тратить силы на выбивание у начальства увеличенного бюджета, финансовой катастрофы ему было б не миновать. Получив каждый свое, они разошлись: довольный Игошка нырнул в свой подвал, а Эфраим решил вернуться в парк, чтобы еще раз побывать на месте убийства последней жертвы.

Может быть, есть причина, почему монстр выбрал именно это место?

***

Жажда. Когда это случилось в первый раз? Наверное, пару месяцев назад. Мне теперь трудно определять время – чем сильнее Жажда забирает меня, тем дальше я ухожу от привычного мира. Жажда погружает меня внутрь вечности. Прежде это делала Боль. Потому-то мне и не удалось различить их с первого раза.