Однажды в Хорс-тауне

»

Бросив прощальный взгляд на вывеску «Жасмина», он вздохнул, сунул руки в карманы и побрел дальше. Ветер пригнал на тротуар пустую банку из-под «Пепси», и сыщик пинал ее до самой конторы. Только у двери, уже ковыряя ключом в замке, детектив вспомнил о квартплате. Посмотрев на часы — десять вечера — Винс проклял себя за забывчивость и пошел к Пропнику.

— Кого там несет?! — проскрипел старик из-за двери в ответ на настойчивый стук.

— Мистер Пропник, это Винс Новал.

— Ах ты, дьявол! — возбужденно воскликнул тот.

Зашевелились замки, соскочила цепочка, и дверь распахнулась. Старый прохвост в бирюзовом халате и колпачке с кисточкой, уперев руки в бока, грозно смотрел на детектива. Впрочем, к подобным проявлениям «крутого нрава» Винс давно привык. В другой день он бы не преминул бы зевнуть и сказать что-нибудь этакое, емкое и колкое, но это продлило бы тираду Пропника минут на десять… Винс решил, что на сегодня ему и без того хватило.

— Где ж тебя, так-перетак, носило, а? — прищурив правый глаз, вопросил старик.

— То тут, то там, — уклончиво ответил Винс. — Не успел, с кем не бывает?

— С тобой не бывает! — рявкнул Пропник. — Не бывает, чтобы ты успевал! Сейчас хоть принес?

— Сейчас — принес. Иначе б и не стучал.

— Я б тебе потом… Настучал… Давай, в общем, денежку.

Винс послушно вручил Пропнику необходимую сумму. Старик из вредности пересчитал купюры два раза, подивился точности сыщика и, ничего больше не говоря, захлопнул дверь.

— И вам доброй ночи, — пробормотал сыщик и отправился восвояси.

Оказавшись внутри, он сгреб с дивана на пол весь хлам, после чего швырнул на стул плащ и шляпу. Подметил, что на столе все еще стоит пакет с утренним пивом.

«Завтра подлечимся с утра!» — пообещал себе детектив, стягивая джинсы.

В трусах и майке он улегся на диван, накрылся старым дырявым пледом и закрыл глаза. Сон свалил его моментально, словно пуля в висок.

* * *

Престарелая гусеница поезда с облегчением фыркнула в последний раз и замерла.

Двери вагонов открылись, проводницы заняли свои места у входа. Пассажиры один за другим покидали поезд, падали, промахнувшись мимо ступеньки, подворачивали ноги, чертыхались и собирали рассыпавшийся по перрону багаж.

Книголюб в последний раз выглянул в окно, подхватил с полки саквояж и покинул купе. В коридоре он столкнулся с давешней семьей.