Однажды в Хорс-тауне

Это своеобразный микромир, внутрь которого вам лучше не влезать. «Осторожно, высокое напряжение» — такую табличку я бы повесил у входа.

* * *

Они сидели наверху, в кабинете Линси. В початой бутылке, стоявшей на журнальном столике, еще было немного виски.

— Неплохая штука, — заметил Новал, сделав очередной глоток.

— Ну еще бы — двадцать баксов бутыль. Хотя, конечно, не «Мидлтон».

— Пил я твой «Мидлтон» пару дней назад. Дрянь, надо сказать, и денег своих не стоит.

— Да ну, заливаешь, — фыркнул Харпер.

— Насчет того, что пил, или насчет того, что дрянь?

— Что дрянь. Прекрасный виски.

— Ни черта. Обычное пойло, только для богатеев. Стоит тридцать баксов, а на вкус хуже этого.

— Ну не знаю… В мае у главного онколога был юбилей — шестьдесят лет, тридцать из них в качестве врача. Сам понимаешь, был фуршет, много еды и выпивки. И вот там я попробовал «Мидлтон». Кстати, знаешь шотландские правила?

— Какие еще правила?

— Их пять: полюбоваться, вдохнуть, посмаковать, проглотить, разбавить.

Именно в такой последовательности. Сначала смотришь, какой виски на цвет, потом вдыхаешь его аромат. После следует пригубить, почувствовать вкус и лишь потом проглотить. И уже после этого небольшого ритуала разбавить водой — для полного раскрытия вкуса и аромата. Вот так пьют виски в Шотландии.

— А ирландцы, я слышал, виски не разбавляют.

— У них он более мягкий на вкус.

— Если следовать правилам твоих шотландцев, надо сливать половину бутылки в раковину и наполнять ее водой из-под крана.

Потому что виски местного разлива в последнее время совсем дрянной.

— Ничего ты не понимаешь, — отмахнулся Линси. — Просто ты пьешь его каждый день и уже не различаешь вкуса.

— Возможно. Но все равно «Мидлтон» — дерьмо.

Так они болтали допоздна. Вспомнили студенческие годы, обсудили пару прикольных девчонок, пожурили звукорежиссера, который совершенно не умел работать со звуком и все время выкручивал средние на максимум, а низкие и высокие попросту срезал.

Когда в два часа ночи приятели, чуть пошатываясь от выпитого, спустились вниз, Нуба уже не было на диване. Из открытого окна веяло прохладой.

— Чертов каскадер! — выругался Линси и, перегнувшись через подоконник, воскликнул. — Тут же добрых восемь футов! Признайся честно, Винс, этот парень раньше был в составе сборной по легкой атлетике?

— Ага, — кивнул детектив.