Посланники тени

Ты меня поняла?

– Я всё равно люблю тебя… – протянула она таким голосом, словно давно все решила.

– Я никогда к тебе не притронусь! – вспыхнул отец. – Выбрось эту нелепость из головы!

– Я… Нет, ты не можешь так говорить… я…

– Ты уезжаешь к бабушке в деревню! – поспешно добавил он.

– Нет, я останусь с тобой!

– Тогда я уезжаю в командировку! Надолго.

- Надолго?

- Пока не образумишься. Доучишься этот год в деревне. А к лету…

Она молчала.

- К лету мы что-нибудь придумаем, - добавил отец. - Возможно, переедем.

В другую квартиру. В этой тоскливо. Вот и тянет на всякие… воспоминания. Нам нужно больше пространства.

– Я и в трехкомнатной квартире буду хотеть тебя! – спокойно сказала Ника голосом победительницы, уверенной в своих силах.

– Перехочешь! – закричал отец. – Сумасшедшая! Найдешь парня в деревне – успокоишься!

– Никаких парней, только ты, – запротестовала Вероника.

– Ника, хватит! Я найду новую жену!

– Ты не посмеешь! Как же мама?

Отец повернулся.

– О матери вспомнила?!

Ангел улучшила момент и озарила комнату ярким светом, на миг ослепляя всех бесов.

Саркон поморщился:

– Потратила весь заряд? Дрожать как курица будешь. Я тебя домой не понесу.

По щекам дочери побежали крупные слёзы.

– Папа… прости меня, – совсем другим голосом сказала Ника и, поднявшись с кровати, вновь прижалась к отцу. Только без страсти. Как к родителю. К любимому, родному, человеку.

– Папа, – уже более тихо продолжила она.

Отец, чуть подождав, обнял. И крепко прижал к себе.

Словно какая-то пелена спала с глаз и пала стена отчужденности. Для обоих. Отец решительно потянулся к выключателю, и свет резанул по глазам. Теперь он мог смотреть в глаза дочери, полные слёз раскаяния. И на тело её теперь мог смотреть без боязни всколыхнуть что-то со дна души.

– Ну ладно, забыли, – продолжил отец. – Одевайся, поедем в деревню вместе. Давно мы с тобой последний раз на берегу речки не сидели, да? Рассвет встретим у костра. Порыбачим.

– Как в детстве, – улыбнулась Ника.

Его родная Ничка.

Люция треснула в бок Саркона, беззаботно улыбаясь, как ребёнок. Но затем ноги ослабли, упала.

Застыла на коленях, подняв с вызовом голову:

– И только попробуй, рогатый, погоду испортить!

– Тоже мне, спасительница, – пробурчал демон, крепко схватив выпавшего из девушки недозрелого суккуба за шею.

Скользкое, краснокожее существо с небольшими крыльями и маленьким хвостиком, совсем как у черта, извивалось, шипело.