Дети проходных дворов

Но если считать то, что осталось, список выйдет крошечный: только флейта, старый любимый шарф, связанный ей самой ровно из сотни разноцветных кусочков — и она сама, пожалуй, лучшее, что у неё есть. А ещё за окном первое марта, но день на удивление солнечный и звонкий, и если вглядываться только в солнце — даже сложно поверить, что куда-то делись целых полгода времени.

Когда выглядывает солнце, Тави наконец просыпается. Не столько в данный конкретный момент, сколько вообще, в целом, будто выныривает наконец из бесконечной полосы тумана.

Всё вокруг горит острым ярким пламенем, похожим на то, которое иногда подвластно ей самой.

И поэтому, наверное, самое время пройтись под руку с прохладным, но уже совершенно точно не зимним ветром. Для начала.

***

Конечно, пожелание Тори остаётся только пожеланием.

Не назло, нет; просто спустя полчаса я выхожу из полутёмного переулка на свет, который сам же и включил, глаза слепит солнечный прожектор, я спотыкаюсь — и обнаруживаю на своём плече тонкую руку неизвестной девушки, чудесной, как первый весенний дождь.

Сходства с небесным явлением ей добавляет ещё и нежно-голубое пальто, идеально попадающее в цвет купола над головой.

Конечно, я слышу её сердце. Конечно, следующий ручей сразу же начинает пульсировать с ним в такт.

Мне совсем не стыдно. Ну, возможно, я и правда нарушил правила, и Тори ничего не стоит узнать об этом даже прямо сейчас; но кто сказал, что бьющийся в сердце город — или бьющееся в городе сердце, это всего лишь слагаемые — может кому-либо навредить?

***

Чем дальше и дольше Тави идёт, тем больше вокруг ручьев.

Это даже немного странно: звон воды слышен громко и четко, ровно между ударами сердца, будто её сердце — тоже ручей, самый большой и звонкий из всех.

Старый любимый шарф машет кисточками на ветру. Флейту Тави тоже взяла с собой — пока совершенно не знает, зачем, но помнит, что это важно: сохранять вместе всё, что важно. Если продолжать играть, это — действие, а что можно счесть за правду, не знает никто, и даже она сама.

У пальто удобные здоровенные карманы, куда помещаются ладони, телефон, чехол с флейтой и ещё, наверняка, тысячи разных мелочей. Воздух пахнет чем-то неуловимо светлым, и высоко над головой солнце течёт и блестит — как будто и вправду прямо сейчас наступает весна.

Путь к закрытым городам

Лепестки ромашки ветер сносит с ладони, едва коснувшись.