Экзекутор Погружение

– Скажите, вам нравится современное искусство? Допустим, вам нравится вот это?

Я снова посмотрел на смешение линий и геометрических фигур. Да что тут может нравиться?

– Нет. Это для меня непонятно.

– Другого ответа я и не ожидал. А между тем, это «Супрематическая композиция» Малевича, купленная за восемьдесят шесть миллионов на аукционе в Нью-Йорке. Многие не понимают, что тут есть, за что платят такие деньги… Многие пытаются разобраться, очернить, просто плюнуть, но не многие пытаются просто жить с осознанием того, что кому-то просто пришел в голову новый формат искусства и он решил свою идею монетизировать.

– Зачем вы мне это рассказываете? При чем тут мой приступ?

– А вот тут всё как раз при всём. Вы же слышали про сошедшего с ума хоррорщика Потрошителя?

– Так точно, даже участвовал в его ликвидации.

В это время подошел мужчина в сером костюме и поставил на столик два стакана с апельсиновым соком. Блек кивком поблагодарил его.

– Да-да, я помню ваши заслуги. Видел вашу работу. Чудесно! Так вот, этот самый человек был из той когорты, кому не нравится современное искусство, и он попытался понять его, а, не поняв, очернить.

И каким-то образом ему удалось это сделать…

Я уже не в сети. Я скоро умру, но я уже не в сети. И я приготовил этим ублюдкам отличный сюрприз. О, как они забегают!

В памяти всплыли заляпанные кровью коридоры странного дома, поломанная мебель и музыка. Сумасшедший смех лысого громилы…

– Что сделать? – спросил я.

– Этот человек запустил вирус в нашу систему Вселенной.

Очень странный вирус. Наши программисты блокировали его, но вот…

Блек вытащил из пепельницы сигару и сделал затяжку. Я терпеливо ждал. Когда пауза затянулась, пришлось кашлянуть:

– Что «вот»?

Блек вздрогнул, словно вынырнув из своих мыслей. Он взглянул на меня и сделал ещё одну затяжку. Это подарило ему три секунды. Он как будто тянул время.

– Вирус коснулся всех тех, кто был на площадке в тот момент. Начались приступы Погружения…

– И что?

– А то, что на всех это сказалось по-разному.

Допустим, на серафимах это отразилось в минимальной степени, а вот на тех, кто любит файтинги…

– Что с ними?

– Пойдем. – Блек снова положил сигару в пепельницу и поманил меня за собой.

Как ни хотелось остаться в кресле и продолжить смотреть на горящий огонь, но любопытство пересилило. Я пошел за Брюсом туда, откуда тот недавно вышел. Ноги утопали в ворсе ковра, заглушавшего звук шагов.

Мужчина в сером костюме открыл белые с золотыми вставками двери.