(Не)естественный отбор

Существует определенный порядок, как нужно прожить свою  жизнь, от А до Я: закончить школу, поступить в университет, устроиться  на работу и не уходить с нее до пенсии. Одеваться как все, смотреть то  же, что и все, думать так же, как и все. Для каждого возраста есть своя  «правильная» одежда, в сорок лет в джинсах уже ходить нельзя, после  тридцати нужно выкинуть сарафаны и юбки выше колена, к семидесяти  подобрать платочек на голову. Выделяться из толпы – нельзя. Всегда  здороваться, даже с теми, кто тебе неприятен.

Грубить – нельзя, вот  стукнет пятьдесят – тогда и можно начинать ругаться.

А  теперь какой-то оборотень девяти лет от роду говорит мне, что можно жить  и по-другому? Что я не обязана была поступать в Педагогический  университет. Что могла не подписывать этот проклятый контракт. Что могла  не стараться так сильно во время учебы, а вместо этого гулять по городу  и открывать интересные места, как тот же Экстрим.

И вроде бы я только  начинаю жить, мне всего двадцать два года, впереди… 

А впереди двадцать лет работы. На одном и том же месте. С одними и теми же детьми. Без перемен. Без изменений. Без надежды.

Я  все еще держала его за руку, но после этих мыслей мне захотелось  расплакаться, ударить его и вернуться в блаженное тепло неведения, в  состояние небытия, в немыслие, которое предлагал мне Натан.

Разве  быть зомби так уж плохо? Если все уже распланировано, если нет  возможности отступить, то почему бы не упростить себе жизнь и не  отказаться от мыслей и стремлений вовсе? Люди годами кастрируют мозги,  глушат себя однообразной музыкой, крикливыми передачами по телевизору,  тупыми фильмами и попсовым чтивом.

Учатся избегать раздражающих ум  разговоров, останавливаясь лишь на эмоциях. Подбирают подходящий круг  общения, чтобы можно было общаться без напряжения, на автомате. А мне  предлагается это сразу и бесплатно. Как щелчок пальцев. И наступит  бесконечное приятие мира. И все станет правильно. 

Так зачем же я трепыхаюсь? 

Ах  да, это же не совсем я. Это все он. Он не дает мне провалиться в эту  бездну, удерживает на самом краю. И за это я его ненавижу.

- Недавно я увидел кое-что, что заставило меня засомневаться в собственной картине мира, - негромко сказал он. 

А меня заставляешь сомневаться именно ты.