(Не)естественный отбор

Единственный ее долг – это пять дней в неделю, с семи до пяти, находиться в детском саду и выполнять предписания. Но не более. Она же живой человек и имеет право на личную жизнь, на свободные перемещения и на собственное мнение тоже.

Я выучил контракт, который подписывает каждая эльфийская воспитательница, наизусть. Он лежал в открытом доступе в сети. И там только запрет на рождение детей на первые двадцать лет работы, и то в завуалированной форме, так как идет в разрез с конституцией. Нет запрета на отношения или семью.

Без пяти семь к воротам садика подъехал серый мерседес, из которого выпрыгнули два эльфа. Один из них обошел машину, открыл заднюю дверь и помог выйти Насте. Моей Насте!

Она легким кивком поблагодарила его и прошла внутрь сада. Эльфы же сразу уехали. 

У меня, если честно, появились сомнения в собственной нормальности. Моя жизнь с первого же дня работы изрядно попахивала сюрреализмом. Влюбиться в человека, сменить отдел полиции, встретить бездомного эльфа, увидеть, как эльфы работают шоферами у воспитательницы.

Я старался привести происходящее хоть в какое-то подобие логической цепочки, поэтому все документировал. Сфотографировал записку от Лаэлиса, успел запечатлеть момент, как Настя выходила из машины.

Теперь нужно дождаться утренней прогулки и попытаться поговорить с Настей.

Спустя три часа шумной толпой высыпали детишки: люди, оборотни, а за ними молча и степенно вышли эльфята, трогательно держась за ручки. Настя вышла последней и встала в стороне. Я подошел к забору и негромко позвал ее.

Она медленно покрутила головой, заметила меня и, осторожно обходя малышей, подошла к изгороди. 

- Стан. Привет, - голос ее звучал спокойно и монотонно. Она даже не улыбнулась.

- Настя, ты куда пропала? Ты не брала трубку, - начал было я напирать, но осекся. Она выглядела как снулая рыба: потухшие глаза, безэмоциональное лицо. Тогда я спросил по-другому: - Где твой телефон?

- Телефон? Он куда-то делся, - ее брови немного приподнялись, словно она только что осознала, что мобильника нет.

- Где ты сейчас живешь?

- В большом доме. Там красивые рыбки. Желтые, красные, блестящие, - девушка чуть улыбнулась.

- Адрес дома знаешь?

- Нет. Меня возят на машине. Туда и обратно.

- Это Натаниэль тебя забрал? – я продолжал спрашивать, а внутри начинала клокотать злость. Какой ублюдок! Что он с ней сделал? Вколол наркотики? Невозможно, ведь есть риск, что она навредит эльфийским отродьям.

- Да, он много со мной разговаривает.