Несущий свет

Прокатившись по полу монах, застыл, глядя на девочку.

Тереза соскочила со скамьи, продолжая громко хохотать. Она ткнула пальцем в лежащего на полу священника, и смех её стал громче. Сердце сжалось в груди у отца Филипа. Смех отражался эхом и становился ещё более зловещим.

Вдруг он прекратился. Девочка наклонила голову набок и с минуту смотрела в глаза священнику. Там не было гнева, не играли огни – это были детские глаза. А вот улыбка, кривым шрамом застывшая на лице, пугала. Тереза хмыкнула, развернулась и, воспарив почти на сажень над полом, медленно опустилась на спинку скамьи.

Скамья не пошатнулась, хотя должна была опрокинуться. Просто не могла не опрокинуться!

Девочка прошлась по ней сначала в одну сторону, затем обратно, не переставая глазеть на священника и криво улыбаться. Да и походка была похожа на ту, которой прогуливаются распутницы в тёмных кварталах. Похотливо подмигнув отцу Филипу, она резко остановилась.

- Так Бог или демон во мне? Как вы считаете, отче? Хотя Я бы назвал вас скорее «выродками».

Вас всех, кто заполонил мир.

- Господь мой, что с этим ребёнком? – Прошептал почти про себя отец Филип.

- Господь?.. – Тереза закатила глаза. – Скажешь же! Раскрою небольшую тайну – бога нет.

- Что ты такое? – уверенно спросил монах, приподнимаясь и вытягивая в руке распятие. – Отвечай нечистый!

- А то что? – На детском личике было обиженное выражение. Словно и не демон говорил её устами. – Проклянёшь меня? Предашь суду церковному? Или попытаешься изгнать меня из этого жидкого тельца? – И снова девочка разразилась смехом.

Отец Филип встал, в руке распятие. А вот ни одной мысли в голове не было. Что делать? Демон в храме ведёт себя, как хочет и, похоже, совсем не боится ни его, ни Бога. А что ему делать? Силы явно не равны. Остаётся молиться…

- Именем Господа…

- Заткнись! – проревела девочка совсем недетским голосом. – Ни слова больше. – Она спрыгнула со скамьи на пол, точнее плавно слетела с неё, приземлившись на расстоянии вытянутой руки от монаха.

– Слушай меня, отче! В этом теле жизни не было отродясь, а Я отлично научился притворяться вашим собратом. И, пожалуй, тебе Я доверю ещё одну тайну: недолог тот день, когда всё поменяется. Он восстанет и вернёт себе трон, и тогда вам всем конец. Ахахаха! – Залился в смехе демон. Отца Филипа затрясло всем телом, столь доходчиво и страшно повествовал нечистый. А голос! Такого голоса он ещё не слышал. Это был очень хриплый мужской бас.