Несущий свет

По нему видно было, что ему дурно – лицо бледнело, глаза чуть слезились и норовили закатиться. Однако он держал себя в руках. Долго, от тела к телу, от туши к туше, он таки добрался до сидящих на скамье в непосредственной близости к последнему мёртвому хищнику Лукасу и Анхелю.

- А мне с утра гонец-то письмо принёс из городу. – Чуть ли не плача заговорил он. – В патрициате решено нам не помогать ничем, мы же в услужении церкви живём и работаем, так и жаловаться ей должны, а там уж пусть их церковный патрициат думает…

- Вот оно как… Мы, значит, тут живи, горбаться, десятину плати им чуть ли не каждый, а они и не думают про нас даже? Уж, ладно, священник наш за обряды плату почти не берёт, а коль берёт, то не с каждого, с тех, кто может.

А мы и не нужны, стало быть. Доят нас, а теперь в расход, что ли? – Запричитал Лукас.

- Ну-ну-ну! – Тут же набычился староста. – За такие разговоры-то вот…

- Что?! Анафеме придадут? Да куда там?..

- Хватит вам. – Тихо проговорил Анхель. – Не про то ругаетесь-то. Звери, вон, среди бела дня пришли, и не заметил никто.

- И то, правда. – Оглянулся вновь вокруг староста. – Ой, беда-то…

- Беда-беда. – Обидевшись, покачал головой Лукас. Винить его нельзя было. Жили-то и впрямь тяжело. Церковь, бывало, последнее забирала, а они всё слушали. Слушали, как им воздастся, а по сути-то – эксплуатация и всё.

- Так. Хватит. – Анхель поднялся. Голова вроде бы пришла в норму. – Надо мёртвых убрать, да туши эти… а чего, кстати, с ними-то делать?

- Шкуры спустим, разделаем.

Мясо же. А головы их на колья насадим.

- Кого пугать?

- Чтобы помнить.

- Ну, будь так. – Усмехнулся Анхель.

На том они разошлись. Лукас и староста остались, что-то активно обсуждая. Анхель пошёл в село к местному целителю, у которого сегодня день будет не сравнить с другими. Как там священник, разузнать надо. Он видел только здоровую рану на ноге, но всё ли это? Отец Филип и так уже ходил плохо, а теперь, коли выживет, и вовсе, наверно, сидеть дома будет.

По пути ему попадались селяне.

Кто-то бежал к дому целителя проведать мужа, отца или брата. Кто-то бежал к церкви к телу родного человека, что домой сам больше не вернётся. Вот уже Петр с Альбертом везли перед собой тачку с инструментами для разделывания туш.

Царил хаос. Пожалуй, лучше и слова не подобрать для сложившейся ситуации. И среди этого хаоса шёл падший ангел, что не помнил ничего из своего прошлого. Который тут явно не на своём месте. И который, возможно, и принёс это лихо сюда.